Последний оплот нашей богини…
Я продолжал гладить её по волосам и произнёс:
— Когда у человека ничего не остаётся. Когда кажется, что весь мир против тебя. Когда ты уверен, что завтра будет хуже, чем сегодня, тогда единственное, что остаётся — это встать. Встать так, чтобы ни кто-то заметил тебя, а чтобы ты сам смотрел на других прямо, а не снизу. Когда уже нечего терять, зачем бояться? Зачем думать, что пронесёт и завтра улыбнётся удача? Нужно бороться. Бороться за то единственное, что осталось. За себя. За родных.
За будущее. Поверьте мне, за доброту человеку всегда воздастся, главное не сворачивать со своего пути и твёрдо стоять на нём, после того, как поднимешься.
— Это всё бессмысленно, — вяло ответила женщина. — Вы ещё молоды, и именно поэтому воспринимаете всё так просто и обыденно. Взрослая жизнь… она другая. В ней мало приятного. Особенно, когда тебя все покинули… На деле, когда оказываешься в похожей ситуации у тебя не остаётся ни шанса на спасение.
Я тихо усмехнулся.
— В свои семнадцать я владею баронством.
В свои семнадцать я сражался против четырёх баронств и захватил два из них в один день. И это с горсткой людей. Как думаете, было ли мне легко? — я не хотел надавить на жалость. Просто если человек не увидит в тебе родственную душу, то он никогда и не откроется тебе.
Если хочешь, чтобы бедняк тебе доверял, покажи ему, что ты недалеко от него ушёл. Если сможешь, конечно же.
— И… как же вы выкрутились? — женщина подняла на меня взгляд.
Я улыбнулся, указал ей пальцем на свою голову и ответил:
— Умом, личной силой, силой духа и верой в тех, кто рядом со мной.
Говорите, у вас ресторанчик есть? Это хорошо… у нас есть два дня. Так и не будем терять их понапрасну. Дадим бой проблемам.
Глава 8
Проблемы решаемы!
Женщина на моих коленях с удивлением посмотрела на меня.
— Звучит, как какая-то сказка, — произнесла она, поднимаясь и вытирая слёзы платком."
"В дверях показалась одна из служанок с подносом в руках, на котором стоял чайник и чашки. Она вошла, слегка поклонилась, прошла к нам и начала расставлять приборы.
Я указал жестом девушке, чтобы она вышла и сам начал разливать чай.
— Вкусно, — кивнул, отпивая из чашки.
Мама Химе ничего мне не ответила, взяла чашку и начала пить чай, смотря вперёд.
Так мы и сидели некоторое время, пока она вдруг не спросила:
— И какой же у вас план?
— Самый что ни на есть простой, — усмехнулся, ставя чашку на столик, — просто примем столько гостей в вашем ресторане, сколько сможем.
