А сейчас выколупай из меня один камешек.
– Чего? – Сказать, что я удивился, – это ничего не сказать. – С ума сошел?
– Делай что говорят. Ничего со мной не случится.
Пришлось поддаться на уговоры кота и вытащить из браслета маленький синий камешек, расположенный с краю от экрана. К удивлению обоих, серебро тут же зарастило оставшийся «кратер». Правда, за счет уменьшения длины самого браслета.
– Однако! – хмыкнули мы с Бароном в один голос.
Камешек пришлось прилепить на вершину пирамиды. Продукт совместной работы прошел проверку и получил вердикт: годен.
– Только непрочный, – огорченно вздохнул я. – Но, надеюсь, Неран будет относиться к нему бережно. Сколько времени?
– Гм, четыре часа пополудни, – отрапортовал кот. – Скоро вернется Огненная. Тебе стоит поесть. В храм лучше прибыть заранее.
– Да уж. Конечно, отец вряд ли пойдет на подлость, но ведь во дворце могут быть и шпионы.
– Могут, – согласился кот. – Так что не стоит сбрасывать со счетов и вариант с засадой.
– М-да.
Все веселее и веселее. – Однако тон мой поражал своей жизнерадостностью. Барон даже мрачно скосил на меня глаза, но от комментариев воздержался. И слава богу. Только его ехидных высказываний мне не хватало. Не хочется портить так чудесно появившееся прекрасное настроение. – Кстати, объясни неразумному, как все же действует этот прибор?
– Лист бумаги, что ты поместил в основание, притягивается к камню, который я запрограммировал именно на подобный случай. – На голове Барона появилась квадратная черная шапочка магистра, с кисточкой на макушке.
– Вибрации, исходящие от камня, издаются бумагой, но уже в слышимом диапазоне. Короче, звуки будут исходить от листа. И… оно тебе надо?
– Нет, – открестился я, жалея, что открыл эту тему.
Пыша жаром, возле пещеры приземлилась Огненная, после чего с довольным видом положила к моим ногам тушу кабана (и как она умудрилась его добыть – ничего не понимаю). В отдельную сторону были свалены дрова, а точнее, сломанное несколько раз дерево.
Поскольку топора нет в наличии, то расщеплять толстые поленья на дровишки приходилось прозрачными мечами, что не доставляло радости. Можно, конечно, ножами, но после первой же пробы Барон ехидно предложил «не маяться дурью» и не калечить себя. Палец до сих пор заживает. Так что волей-неволей, а великолепным произведениям гномьих мастеров досталась незавидная участь. Но есть-то хочется…
– Пора, – сообщил кот, отрывая меня от размышлений.
