— Хочешь чаю?
Хабаров что-то делал возле стола, оглядывался на неё через плечо.
Джахан потёрла лицо обеими руками.
— Подожди, — сказала она и откинула тюрхан. — Подожди, ты здесь?
— Я здесь, — ответил Хабаров, подошёл и сел рядом. В руках у него была пиала с чаем. — А ты где?.."
"Тут она сообразила, конечно. Это не сон. Была заболевшая девочка, операция, ночь и он, Хабаров.
Она взяла у него пиалу и сделала глоток. Чай был крепкий, вкусный. На Хабарова она старалась не смотреть.
Некоторое время они молчали.
Джахан пила чай.
— У тебя там тесто, — проинформировал Хабаров. — Я в него потыкал, но оно всё равно вылезает из кастрюли.
— Зачем ты в него тыкал?
— Чтобы оно совсем не вылезло.
— Что было ночью? Я ушла и не знаю.
— Я видел, как ты уходила, — пояснил Хабаров и погладил её по голове, как вчера. — Мы добрались до базы, потом я отвез девочку в Горноалтайск. Она в больнице, всё нормально. Врачиха эмчеэсовская всё приставала ко мне, кто ты такая. Она хочет, чтоб тебе объявили благодарность в приказе.
— В каком приказе?
— По МЧС.
— А ты теперь будешь служить здесь, — утвердительно сказала Джахан.
Он кивнул.
— Зачем?
Это был опасный вопрос и на него существовал только один ответ, и этот очевидный ответ пугал её, и всё же ей очень хотелось, чтобы он сказал: я без тебя не могу, я должен быть рядом, я всё понял и осознал!..
— Ты знаешь, — произнес Хабаров задумчиво, откинулся на спинку дивана и вытянул ноги, — со всех сторон получается какая-то глупость. Я тебя люблю, ты меня тоже любишь, но есть искусственное препятствие, как в плохом кино! Только в плохом кино препятствием обычно бывают злодеи, а у нас нет никаких злодеев, но мы не можем договориться.
Я решил с тобой договориться.
Это было несколько не то, чего ожидала Джахан.
— О чём?
— Я не могу тебе обещать, что со мной никогда и ничего не случится. И с тобой тоже!.. И ни при чём тут наша работа, — с досадой произнес он, поняв, что она собралась возражать. — Нет никаких гарантий, вот что я хочу сказать.
Вообще никаких. Самолёт может упасть. Поезд сойти с рельсов. Машина разбиться. Я могу угореть в бане, а ты подавиться бананом!..
Джахан слушала очень внимательно и не сводила с него глаз.
— Это какая-то неправильная теория, — продолжал Хабаров. — Мы боимся друг за друга, поэтому нам лучше вовсе не видеться!.. Я правда так больше не хочу. У меня одна жизнь. А у тебя?
— Я точно не знаю, — подумав, ответила Джахан.
— Ну, хорошо, точно мы не знаем.
