— И в последнее время так дорого книжки покупать!.. А читать хочется. Я без книги жить не могу, нет, не в том смысле, что сразу умираю, просто мне неинтересно. Книга… как человек, понимаете? Бывает друг, бывает враг. Бывает пустомеля.
— Пустомеля, — повторил Макс и взял Елизавету за руку.
Рука была тонкая и крепкая, в замшевой перчатке.
— В библиотеку много народу ходит! Мы с Никитой то и дело встречаемся, он в нашей школе учился, а сейчас работает в гостинице «Тамбов-Палас».
Такое шикарное место!
— Я знаю.
— Вы там остановились?
Макс покачал головой.
— Я всегда звонила, на месте Пётр Сергеевич или нет, чтоб его застать. С ним было интересно!.. Он мне вашу книжку не дал! — Тут Елизавета улыбнулась. — Очень важно, когда есть человек, который посоветует, что почитать. И что читать не нужно!
— Я раздумываю, не обидеться ли мне.
— Да не-ет! — Она слегка покраснела и принялась всерьёз объяснять: — Когда в нужный момент читаешь нужную книгу, жизнь меняется к лучшему.
А бывает всё наоборот: книга тебе не подходит, и ты книге не подходишь, ну, ничего у вас не совпадает! Получается ерунда, кажется, что книга плохая или слишком скучная, а ты просто до неё не дорос.
— Или перерос, — подсказал Макс.
— Конечно! — согласилась Елизавета. — В нашей библиотеке есть тётеньки, которые одни любовные романы читают, и Пётр Сергеевич над ними никогда не смеялся!.
. Он всегда говорил: пусть что угодно читают, лишь бы читали! Так постепенно и привыкнут читать. А это очень важно — привычка к чтению.
Некоторе время они шли молча. Макс держал её за руку.
— Я несколько раз встречала в библиотеке одну такую расфуфыренную, — и Елизавета показала, какую именно. — Очень смешная, всё время в леопарде.
— Как?!
— Ну, наряды у неё такие, как леопард, пятнистые, это когда-то считалось модным.
Она Петру Сергеевичу прямо с порога говорила: я за новой порцией! И ей выносили пять любовных романов. Там на обложке всегда корсар обнимает полуголую пастушку.
— Пастушку? — переспросил Макс.
— И девица в леопарде рассматривала обложки и говорила, что нарисовано прям с неё, и написано тоже о ней! — Елизавета засмеялась.
