Тот старался не встречаться со смотрящим, по всей видимости, до сих пор оправляясь от произошедшего инцидента. К тому же, по слухам, он крепко получил от начальства.
Варягу все это было только на руку. Теперь его никто не трогал, и он мог спокойно налаживать связь с вольным миром и продолжать через посредство своих людей осуществлять контроль над общаком.
– Что там с заводами? – задал единственный интересующий его вопрос Владислав.
– Ничего хорошего, – сухо отозвался Нестеренко.
– Я передал маляву и назначил Ангела главным по этим вопросам.
– Я знаю, – кивнул академик. – Ангел уже в Питере вьется. Но пока никаких результатов.
– Проследить бы за ним, – задумчиво проговорил смотрящий.
– Об этом не волнуйся, мой мальчик. Есть у меня в Питере человек, уж он-то не позволит, чтобы случилось что-то незапланированное, – успокоил Нестеренко.
– Кто он?
– Грач.
– Тогда действительно можно расслабиться. Он вор правильный, сделает, – кивнул Варяг.
Нестеренко бросил короткий взгляд на охранника и сказал:
– Я тут наводил справки.
..
– О чем? – вскинулся Варяг.
– О тебе. – Егор Сергеевич сделал паузу и продолжил: – Пока ничего обнадеживающего сказать не могу. Крепко тебя генералы упрятали.
– Я особо не переживаю... – начал было Владислав, но Нестеренко жестом руки остановил его.
– Все же мы будем делать все возможное, чтобы вытащить тебя, – сказал он. – А ты займись Питером. Свяжись с Горюновым. Ладно, сам знаешь... Ты здесь держись и жди. Мы позаботимся...
– Хорошо, – пожал плечами Владислав.
Прощание было коротким. Варяга увели в камеру. Нестеренко поднялся и вышел в предусмотрительно открытую охранником дверь.
* * *Миша Грач был одним из немногих людей, к которым на сходняке относились с особым доверием. Кроме того, он был тайным советником Нестеренко, и об этой его роли не догадывался даже смотрящий Питера. Грач по распоряжению Егора Сергеевича потихонечку присматривал за непредсказуемым Аркашей Тархановым, славившимся своими бандитскими замашками. А Тархан в свою очередь тонко и очень умело старался держать Грача под хомутом.
Грач оставался той черной лошадкой, которая внезапно могла выскочить вперед, оставив на вторых позициях не только авторитетного Анзора Кивилиди, но и самого смотрящего. Для такого могучего рывка у него имелось все: авторитет, поддержка сходняка, люди, но самое главное – огромные деньги, которые могли выполнить не только роль крепкого кляпа, но и хорошей дубинки.
Дом, в котором проживал Грач, выходил на набережную.
