Какого правителя вы признаете? Царственную шлюху Марию Стюарт или короля Якова?
– Мой король тот, кто сидит на троне Шотландии, – спокойно ответил граф.
– Вы были во Франции, – с подозрением заметил Донал.
– Да. Ездил продавать земли, унаследованные от родственников моей матери.
– Где именно вы были?
– В Бретани, рядом с Сен-Бриком. В местечке Монт де Деверо.
– Кому вы продали земли, милорд? – осведомился человек Морея."
"– Зажиточному местному торговцу, некоему мсье Клоду. Он хотел купить их для семьи второго сына.
Почему вы спрашиваете?
– Вы не продали ваши земли агенту семьи Гизов, милорд?
Как, черт возьми, Морей узнал о попытке Гизов подкупить его?
– Приехав во Францию, я узнал, что на землю есть покупатель, мсье Клод, но позже магистрат сказал, что покупателей двое. Мсье Рено, слуга семейства Гизов, дает двойную цену, но взамен просит передать письмо Марии Стюарт. Я отказался. Потому что я не изменник, сэр.
– И все же вы ехали домой через Англию, – указал Стюарт.
– Да, я добрался до Кале и поискал судно, идущее либо в Бервик, либо в Лит.
Это быстрее, чем возвращаться прежним маршрутом, – пояснил граф. – Не хотелось дольше, чем необходимо, быть в разлуке с семьей. Но я никакого послания не передавал. Да и как бы я добрался до нее?
– Где деньги, которые вы получили от продажи, милорд?
– Они будут храниться у моих парижских банкиров для моего брата Джеймса, священника в Риме, и сестры Мэри, которая сейчас находится в испанском монастыре.
Еще один человек, вошедший со двора, что-то прошептал Доналу.
Тот, казалось, расстроился и, подняв глаза, сказал:
– В вашей седельной сумке был найден пакет с гербом Гизов и небольшой мешочек с золотыми монетами. Что скажете?
– Я совершенно не понимаю, как все это попало ко мне. Седельные сумки паковали слуги шато. Я пользовался в путешествии только одной. И ни разу не заглянул в другую, но Господь свидетель, я не соглашался на предложение Гизов.
Анабелла была бледна как полотно. Она верила мужу, значит, кто-то явно играет против него.
Зачем?
– Но кому выгодно, чтобы вас обвинили? – спросил Донал.
– Не знаю, – покачал головой Ангус. – У Фергюссонов нет врагов, поскольку мы стараемся держаться от соседей как можно дальше. И так продолжается веками.
– Если не можете доказать свою невинность, милорд, у меня нет иного выбора, кроме как арестовать вас за измену его величеству королю Якову, – произнес Донал, правда, очень нерешительно. Что-то в этом человеке заставляло верить в его честность.
