Достав из кармана кривой кинжал, он снова бросил куртку на пол и, выдернув клинок из ножен, усмехнулся, внутренне содрогаясь от собственных действий:
– Иди сюда, красотка. Я тебя приласкаю, – добавил парень, вспомнив о её ориентации.
Взвыв от бешенства, Кобла бросилась в атаку, резко взмахнув левой рукой, сжимавшей нож. Слава едва успел отскочить в сторону, сохраняя дистанцию. О ножевом бое он знал только понаслышке, так что шансы свои оценивал вполне здраво. Даже у этой психованной маньячки было в этом деле больше познаний, чем у него.
Слава добивался только одного. Увести Коблу подальше от девочки и дать ребёнку возможность выскользнуть за калитку. Там Анюта будет в безопасности. О себе Слава старался не думать.
Раз за разом ускользая от её ударов, Слава продолжал танцевать, даже не пытаясь нанести удар. Ко всем прочим проблемам, Кобла держала нож в левой руке. Очень неудобно для самого Славы. Привыкший к схваткам с обычным противником, парень понимал, что если придётся брать её на приём, то действовать нужно будет в зеркальном порядке.
То есть делая всё в противоположную сторону. Продолжая наступать, Кобла явно злилась, стараясь любой ценой нанести ему хоть какое-то ранение.
Дыхание бывшей зэчки стало тяжёлым, а лицо покрылось каплями пота. Жизнь за колючей проволокой не способствует поддержанию хорошей спортивной формы. В ангаре остро запахло женским потом. Резко остановившись, Кобла с ненавистью посмотрела на парня и, чуть отдышавшись, хрипло спросила:
– Так и будешь от меня по углам бегать, или попробуешь доказать, что у тебя яйца есть?
– Мы только начали, – пожал плечами Слава.
– Веселиться так веселиться.
– Кажется, ты не понял, что я не играю, – прошипела Кобла, оглядываясь в угол, где, прижавшись к стене, замерла Анюта.
– Если не играешь, так бей, – рявкнул Слава, взмахивая своим кинжалом.
Секундная невнимательность стоила Кобле длинного пореза на рёбрах. Старинная сталь распорола куртку, футболку и кожу. Одежда моментально начала набухать от крови. Выматерившись так, что Слава даже заслушался, зэчка бросилась в драку.
Именно этого Слава и добивался. Вывести её из себя так, чтобы она забыла про ребёнка и сосредоточилась только на одном – убить его любой ценой. Уворачиваясь от очередного удара, Слава сделал шаг вправо и ещё раз дотянулся до противницы.
Булат кромсал плотную ткань куртки, словно бумагу. Вскрикнув, Кобла резко ударила его наотмашь рукояткой ножа в висок. Слава едва успел повернуть голову, встретив удар лобной костью.
