Подполковником закончил. По инвалидности списали. Пил потом долго. Его жена бросила и уехала, вот он и сорвался. Но потом в руки себя взял. Точнее, в руку. На работу куда-то устроился. В общем, мозги не пропил.
– Уверен? – настороженно уточнил парень. – Сам понимаешь, тут толковый командир нужен, который сможет грамотно охрану организовать.
– Так поговори с ним. А то мается мужик от безделья, уже всем ополченцам мозг проклевал, объясняя, чего и как делать надо.
– Где его найти можно? – решившись, спросил Слава.
– А чего искать? Пошли, – усмехнулся силач, поднимаясь из-за стола.
Поднявшись следом за ним, Слава вышел из столовой, так и не выпустив притихшего щенка из рук.
– Ты прям сроднился с этим чучелом, – хохотнул Василии, осторожно погладив щенка.
– Я пока сюда ехал, мне собака жизнь спасла, – помолчав, ответил парень. – Серьёзный был пёс. И боец настоящий. Сам погиб, а меня спас. Так что мне собака дороже иного человека будет.
– А ведь ты не шутишь, – растерянно протянул Василии, глядя парню в глаза.
– Поверь. Совсем не шучу. Я от людей уже столько подлости видел, что и не сказать. А вот собаки меня ни разу не предали.
– M-да, и не поспоришь, – покачал головой силач.
За разговором они дошли до одного из цехов, отданных под барак, и Василич, решительно распахнув дверь, шагнул в полумрак помещения. Войдя следом за ним, Слава с интересом огляделся и тут же презрительно фыркнул, рассмотрев царившее вокруг убожество. Наспех сколоченные двухъярусные нары были отделены друг от друга занавесями, сделанными из всего, что под руку попалось.
Простыни, занавески, куски брезента. В ход шло всё, сделанное из материи. Основная масса поселенцев находилась на работах, но и тех, кто оставался в цеху, хватало.
Где-то плакал ребёнок, негромко переговаривались женщины. Кто-то с кем-то ругался. В общем, обычная какофония звуков в местах скопления большого количества людей. Василич уверенно свернул куда-то вбок и, пройдя в дальний конец цеха, решительно откинул брезентовую занавеску.
Вошедший следом за ним парень сразу оценил чистоту и порядок, царившие в крошечном помещении. Вещей было мало, все они лежали аккуратно, постель была застелена, а старенькая тумбочка заботливо покрашена.
– Гостей принимаешь, Михаил Геннадьевич? – спросил силач, протягивая вставшему с кровати мужчине левую руку.
Только сейчас Слава заметил пустой правый рукав хозяина. Высокий, жилистый, с немного обрюзгшим, но чисто выбритым лицом и коротким ёжиком седых волос.
