Мы все дружно переглянулись и, не сговариваясь, у кого были когти, выпустили их. Вампир посмотрел на наши когти, в большинстве своем мечта Росомахи.
— Мдя… аргумент! — и втянул свой маникюрчик обратно.
— Зубами меряться будем? — видимо, генералу нагов такая игра понравилась, мальчишки есть мальчишки.
И перейдя в полубоевую форму выдвинул клыки, от которых даже я рот раскрыла от увиденного.
— А говорить ты с такими зубилами можешь? — не смог не подколоть того вампир, выдвинув свои, и поэтому слава были шепелявыми.
Наг мог только угрожающе пошипеть и показал какую-то конструкцию из пальцев. Я хоть и не знала, что она обозначает, но догадалась, куда послали вампира, судя по тому, как тот сморщил лицо.
— Хорошо иметь столько нужных друзей! Без труда любых зелий можно наварить, только попроси, и уже сразу с себя шкуру готовы снять! — продолжила я их разговор."
"— Если, конечно, очень попросить, и очень надо, то мы тебе даже целых представителей можем подогнать! — все с непониманием переглянулись — Можно подумать, только у нас в темницах сидят бесполезные и вредоносные представители?
— Какой интересный ход мыслей, чтобы те, кто просто так топчет планету, пошел на благо науки?! — выдвинутая мысль очень понравилась правителю и, судя по его лицу, он уже писал список, кого готов предложить мне на опыты.
— Жестокие вы, ребята, но я беру только нужные мне части, и возиться с целыми не буду! — конечно, мы все понимали, что я никогда такого себе не позволю, если не будет совсем крайней степени необходимости.
Ещё на Земле я поняла одно, никогда не говори никогда, потому что это тогда обязательно случиться.
— Не хочешь как хочешь, но, если что, говори сразу, исполним твое желание очень быстро! — коварно улыбаясь, ответил вампир.
— Хорошо, учту! Насчет твоей просьбы: я обещаю завтра подумать и дать ответ! — не стала я отказывать, ведь в его просьбе был смысл, но нужно все взвесь и потом только решать.
Как обычно, семейное утро началось с пробуждения от жары и того, что со всех сторон на мне были навалены мужские конечности.
Я уже перестала интересоваться, кто находится в моей спальне, так как тут обнаруживались всегда дополнительные неучтенные личности. Мужья держали оборону, обнимая меня, не подпуская к дорогому для них телу, потому неучтенным доставались волосы и стопы в лучшем случаи. Единственно, кого мы не находили у себя в спальне, так это брата лекаря.
