Если бы не их внутреннее чутьё на распознавание кровно-родственных связей, никогда бы не поверила, что передо мной его родственник. Брат был намного крупнее в размерах, он был больше похож на генерала. Если у одного брата волосы были салатовые, то у другого они были красные, как и его огромный и толстый хвост. Он был ярко красным с природными широкими черными кольцами, как у какой-то ядовитой змеи. В ярко-красных волосах как тоненькие змейки были черные пряди, что было редким и завораживающим. Его торс украшали большие рельефы крепких тренированных мышц.
Вот только всю мужскую красоту портило огромное количество некрасиво заживших шрамов. Золотистую кожу покрывал несвежий слой грязи, пота и крови и незаживающих сильно воспалённых ран. Эти раны были нанесены несколько дней назад и явно с уже известным мне ядом твари. Уж очень много стало на этой планете всего, что было связанно с этими созданиями.
— Опять яд этих тварей! Сколько еще созданий от него пострадают! Вы знаете, кто с ним это сделал? — обратилась я к лекарю, и повторить вопрос пришлось дважды, так как он прибывал в прострации.
Да и понять его состояние в какой-то степени можно. Он не ожидал так скоро найти брата рядом и сразу встретиться с ним, но боялся, что может его потерять уже навсегда.
— Я… не знаю, он ничего не говорит, только шипит и стонет! — голос лекаря готов был сорваться в истерику, и я его понимала.
— Ладно, это не первостепенное, главное сейчас заблокировать распространение яда, но это будет очень болезненно.
Так что соберитесь, Вы же лекарь, и сейчас в Вас нуждается Ваш брат, которого Вы так долго ждали! — мой словесный пинок вытолкнул его из ступора, и он весь собрался.
Я не осуждала его за такое поведение, в свой жизни я не раз сталкивалась с врачами от бога, как про них говорили другие. В самых сложных и, казалось, нереальных ситуациях они вытаскивали людей из лап смерти. Но когда такое случалось с их очень близкими людьми, они замирали и не могли сделать ничего.
И после этого их жизнь летела под откос, так как простить себе смерть близких они не могли. Ведь винили в их смерти только себя. Вот и сейчас я не хотела, чтобы такое произошло с еще одним моим знакомым.
Когда я коснулась тела пострадавшего, он зашипел и посмотрел на меня ярко-желтыми глазами с вертикальным зрачком. Он попытался дернуться и извернуться всем телом от моих прикосновений. И эти движения приносили ему невероятную боль.
