В этот момент мы уже увидели тех, кто шел к нам на встречу.
— Девочки мои, мне очень нужна ваша помощь, чтобы спасти гуруна, ему больно, он умирает. Для того чтобы его спасти, мне придется перенаправить его жизненные функции и магические потоки через вас. Понимаю, что это неприятно, очень сложнонадолго быть соединенным в одно целое, но потом, думаю, он будет рад остаться вместе с вами. Уверена, если бы была у него возможность, он бы никогда не отказал вам в помощи, — пыталась уговорить их, так как провернуть то, что мне нужно, было возможно, только если создание добровольно разрешит соединить его с гуруном.
Им придется не только вырабатывать все, что нужно, но и делиться с ним магией, быть неразлучными, постоянно отслеживая любые изменения и корректируя их в нужном направлении. Но только так можно восстановить его магические каналы, с помощью постоянного поступления магии в него. А сейчас он сам не может удержать и капли, для этого нужен другой растительный организм. Даже не сомневалась, что на помощь придет моя девочка, она подняла свою большую голову-цветок и протянула одну из лианистых ручек.
Перекладывая гуруна на цветочек, я заметила, что была покрыта мутно зеленой, липкой кровью. Кажется, придется еще и хирургически все сращивать, тут множество осколочных переломов, буду собирать их как мозаику. По моим щекам потекли слезы, как же он бедненький все это терпит. Почему он оказался под этим ящиком, интересно. С каждой секундой желание сделать из этой нагини сапоги росло все с большей скоростью.
— Чем помочь? — слегка севшим голосом от представившейся картины спросил Эфин, вытирая с моего лица слезы.
— Сейчас подъедет медицинский робот, будем оперировать. После того как я частично соединю потоки этого красавца и моей девочки, а она у меня сильная, сможет удержать его в живых, я буду собирать раздробленные кости и заживлять органы. Тогда мне понадобиться твоя помощь, — времени, чтобы впадать в истерику и предаваться печали, нет. Мне нужно было собраться и помочь.
— Как можно было все-таки с ним так поступить? Я слушал, как она просто освободила его и выбросила, будто грязь с кончика своего хвоста стряхнула, — все так же стоял в растерянности Эфин, хотя ведь и сам прошел через немалую жестокость.
"
"— Эфин, я не оправдываю ее, с радостью бы сделала из этой стервы себе и тебе сапоги за то, что она так отнеслась к несчастному гуруну, но если подумать, то она ему помочь не могла, так как эльфы с ней и разговаривать не стали бы. А вот спасти его мы можем.
