– Знаешь, что… – зашипела я, косясь на Диму, который смотрел на нас с нескрываемым любопытством. Не зная, что бы такого сказать, я угрожающе протянула: – Нет, зна-ешь что-о?..
– Густав! – подсказал свое новое имя Петька. По глазам я видела: брякнул первое, что в голову пришло.
– Густав! С такими придурками, как ты, я общаться не…
– Полегче, Грохольская! – оскорбился Петька. Затем перевел взгляд на Диму. – Хм, а что за тип? Надеюсь, твой дальний родственничек… Иначе как объяснить, что ты… с ним… вместе…
Я тоже посмотрела на Диму.
Тот с невозмутимым видом продолжал пить кофе. Надо же! Даже не смутился! На месте «Густава» я бы не болтала. С виду чудик не такой уж и хилый…
Конечно же, я понятия не имела, что там задумали Царева с Петькой, но меня так просто не собьешь!
– Нет, Густавчик! – покачала я головой. – Этот, как ты выразился, тип – мой новый молодой человек!
С этими словами я, глядя в глаза Петьке, нащупала на столе руку Димы, но чудик сразу убрал свою конечность, чем очень меня огорчил.
Шуганый! Ну, же! Подыграй! Наверное, мое лицо было полно разочарования. Спустя пару секунд Дима сам накрыл мою кисть ладонью, а затем осторожно большим пальцем погладил запястье. Неожиданно для себя я смутилась.
Петька перевел взгляд с морковного тортика на наши руки.
– А ты снова разбиваешь мужские сердца, Алена… – горько проговорил он.
Что? Какие сердца? Мужские? Под столом я как следует наступила Петьке шпилькой на ногу. Но тот никак не отреагировал, продолжая сидеть с разочарованным видом.
Затем Петька обратился к Диме:
– Послушай, чувак! Не совершай моих ошибок, не отпускай ее! Грохольская – это лучшее, что может быть в жизни любого парня…
Боже, что он несет! Я несмело скосила глаза на чудика. Стыд-то какой! А Дима продолжал с интересом посматривать на нас обоих. И руку свою не убирал.
– Вали уже! – в открытую зашипела я на Петьку. – Блин, не шучу!
Петя наконец поднялся.
– Вот так обычно и бывает, дружище! – Глядя на Диму, Петька обреченно развел руками.
Затем поправил шляпу и понуро побрел к выходу. Некоторые посетители проводили Петю недоуменными взглядами. Мы с Димой молчали. А что тут еще скажешь после такого спектакля?
– Вау! – проговорил наконец чудик.
– Не обращай внимания! – быстро сказала я. – Это же Петро… сян. Петросян. Фамилия такая есть.
– Густав Петросян? – переспросил Дима.
– Угу! Странное имя, не спорю!
Свободной рукой я потянулась за десертной ложкой, чтобы попробовать торт.
