Пора поговорить! Ты долго от него скрываться будешь?
– Ничего я не скрываюсь, – пробурчала я, выбираясь из объятий подруги. – Говорю ж, зарядка сломалась…
Ксеня продолжила сверлить меня взглядом. Я не выдержала и натянула на голову одеяло.
– Эх, Горошкина! – донесся глухой голос Ксени. Под одеялом было темно и душно. – Почему ты такая трусиха?
Пыхтя от возмущения, я выбралась наружу."
"– Ты не понимаешь! Он мне правда очень нравится… И как тут не бояться? А если он просто надо мной посмеется? Я ведь… Горошкина! Такая обычная и совсем не из его тусовки.
Отличаюсь от всех этих девчонок…
– Так, может, в этом и есть твое преимущество перед всеми этими девчонками? Ты не задумывалась?
Я промолчала.
– В любом случае, пока ты с ним не поговоришь, так и будешь страдать от своих предположений. Позвони ему!
– Угу, может, сегодня… после универа, – неуверенно пробормотала я.
Царева поднялась с кровати и сдернула с меня одеяло.
– Вылезай, черепаха!
Я нехотя встала.
– А ты чего в такую рань-то вообще приперлась?
– Ну, во-первых, узнать, что у тебя с телефоном…
Затем Царева полезла в свой яркий рюкзачок и достала из него папку:
– И вот еще… во-вторых.
Сдашь мой курсовик на проверку?
– Я думала, мы вместе в универ пойдем…
– Нет! Не могу! Лучше тебе одной!
Я удивленно посмотрела на нее.
– К тому же мы с Яром за город едем! На дачу! На пикник! – гордо заявила Ксеня. – Будем провожать последний день весны!
– Ну вы даете! Провожальщики!
Ксеня выскочила в коридор.
– А вообще, Горошкина, некогда мне с тобой! Еще вещи нужно собрать! – крикнула она мне.
– Вечером будет прохладно!..
Я вышла вслед за ней и протянула серую толстовку.
– Что это? – удивилась подруга.
– Парню своему передашь, – хмыкнула я. – Кажется, это его…
Ксеня расправила толстовку, некоторое время разглядывала ее, а затем прижала к груди.
– Я эту вещь отлично помню! – негромко пробормотала она.
– Рюкзак свой не забудь! – трудно было сдержать улыбку.
Выйдя на лестничную площадку, Царева обернулась.
– Ярик теперь так классно целуется! – громко сообщила она.
– О боже! Царева! До встречи! – рассмеялась я, закрывая за подругой дверь.
– Поговори с Димой! И не забудь сдать мой курсач! Спасибо!
Я посмотрела в глазок. Царева, обняв серую толстовку, стояла у лифта. Надо же! Никогда не видела ее такой окрыленной! И тут же вспомнила Петьку, который с горящими глазами что-то рассказывал Свете на солнечной аллее. Как все-таки любовь меняет человека.
