— Его Воинственность, так говорил. Как сейчас помню, он так и сказал — я сейчас пойду в рубку и быстро со всем разберусь. А вы возьмите под контроль всё остальное.
Интересно. Марс заранее знал, где окажется? Или нахватался у варваров и использовал пришедшее на ум слово? Впрочем, даже если первый вариант был верен, то своих воинов он в такие детали не посвящал.
— Вон там и проход в тоннель, который к той рубке ведёт.
Глянув в направлении, куда указывала рука офицера, я кивнул и спустя секунд тридцать мы уже стояли около выхода.
Первое, что отличало его от остальной части корабля — рабочее состояние. Передо мной мерцал оранжевый барьер, который по словам легионеров позволял пройти внутрь, если нанести на него небольшое количество крови. Хватало абсолютно любого объёма — вплоть до того, что чуть поцарапать себе палец, а потом приложить тот к щиту.
Второй момент, который сразу бросался в глаза — узкий коридор, который тянулся дальше, сверкал своей чистотой.
Замершие в стороне солдаты, старались не смотреть в сторону барьера.
Да и на нас не глядели. Судя по мимике, которую я наблюдал, бравым воякам было банально стыдно, что они остаются тут, тогда как неизвестные отправляются на выручку их командиру. Даже жажда мести, которая до того отчётливо просматривалась в глазах каждого, включая центуриона, слегка утихла. Пусть они не проявляли агрессии и рассказали немало ценной информации, видимо подсознательно считая, что у нас есть крохотный шанс исправить ситуацию, но четыре убитых легионера никуда не исчезли.
Уверен, при иных обстоятельствах, нам бы наверняка попробовали выставить счёт, запросив оплату нашими же жизнями.
Афея, которая внимательно рассматривала барьер, повернулась ко мне и развела руками. Тоже не смогла ничего понять. Хотя у неё и силы сейчас осталось совсем немного.
Рука машинально нырнула в карман, проверив на месте ли булыжник, которым обратился Мьёльнир. Навыки спутника сейчас бы здорово пригодились. Но он так и оставался в состоянии вынужденной спячки.
Более того — то крохотное количество силы, что до сих пор у него оставалось, постепенно сокращалось. Что-то подсказывало — задержись мы тут надолго и он попросту погибнет. Точно так же, как и Сандал, который перемещался за мной в виде неровного призрачного шара, что постепенно сжимался в своих размерах.
Дарья ткнула в барьер рукой, которая на момент изменилась — вместо нежных девичьих пальцев возникли полноценные драконьи когти. Но этот фокус тоже не прошёл.
