Мм… Роскошный парень держит девушку при себе, а она остается с ним, потому что — эй, он же роскошный! — ей нравится заниматься с ним сексом при свете.
Да я бы закончила на второй главе. В основном, из отвращения. В смысле, какое у них «жили долго и счастливо»? Она монтирует в потолок над брачным ложем зеркала, а он… он уже счастлив, потому что совершенен.
По правде, я была расстроена, что книга про Рейджа — вторая в серии."
"Я поняла, что он будет следующим, когда написала «Темного Любовника». Я осознала это во время создания той сцены в подвале дома Дариуса, когда Бэт приносит ему стакан «Алка-Зельцера», что бы ему стало легче после превращение в зверя и обратно.
Именно тогда я начала видеть книгу о Голливуде: я увидела Рейджа, его зверя, поняла, как ему тяжело переносить проклятье. Увидела, что весь этот секс был пустым — лишь попыткой снять напряжение, удержать чудовище на коротком поводке. Увидела, как он приносит себя в жертву ради Мэри.
Он не был идеальным. Он страдал. Он боролся.
К тому времени, как я начала прописывать его историю, Рейдж уже не просто был мне интересен, я полюбила его.
Его жизнь, непохожая на рай обычного плейбоя, была такой притягательной.
И тогда я поняла правило: конфликт — это главное.
Конфликты стали одним из основных элементов «Вечного любовника». Мэри и Рейджу многое предстоит преодолеть, чтобы быть вместе: они противостоят раку, справляются с тем, что он вампир, а она человек, находят способ управлять его зверем, и делают все возможно для того, чтобы она смогла присоединиться к Братству.
Преодолевая препятствия, они становятся все сильнее и сильнее.
Возьмем, к примеру, возвращение лейкемии. В конце книги, когда становится понятно, что у них осталось совсем мало времени, Рейдж отправляется к Деве-Летописице и просит ее спасти его любимую. Дева-Летописеца рассматривает эту просьбу и выносит душераздирающее решение. Она обещает ему изменить судьбу Мэри, спасти ее от смерти. Но для того, чтобы сохранить баланс сил на земле, его проклятье станет вечным, и он больше никогда не сможет видеть Мэри.
Более того, Мэри не вспомнит ни его, ни любовь, что они делили:
Его голос дрожал.
— Вы забираете у меня жизнь.
— В этом суть, — сказала она до невозможности мягким тоном. — Это инь и ян, воин. Твоя жизнь, метафорически, в обмен на ее — буквально. Баланс должен сохраняться. Жертва предвещает дар. Если я спасу женщину для тебя, ты должен отдать что-то. Инь и ян.
Это серьезный внутренний конфликт.
