Копу понадобится мужество, чтобы играть в адской песочнице Братства.
— Скажи мне вот что, — пробормотал Зед. — Ты поможешь мне расправиться с лессерами, которые забрали ее? Не тонка ли у тебя кишка для этого, коп? Потому что… буду откровенным, я стану полным безумцем, когда дело дойдет до дела.
Ореховые глаза Бутча сузились.
— Они забирают у тебя — они забирают у меня.
— Я тебе никто.
— Ошибаешься. Братство хорошо отнеслось ко мне, а я прикипел к своим мальчикам, понимаешь?
Зед оценивающе взглянул на человека.
Аура, исходившая от Бутча, была деловой. Он был настроен весьма решительно.
— Я не выражаю признательность, — сказал Зед.
— Я знаю.
Зед собрался с силами и протянул руку. Он чувствовал потребность подтвердить заключенную между ними сделку, хотя понимал, что прикосновение не понравится ему. К счастью, рукопожатие человека было легким. Будто он знал, как тяжело было Зеду выдержать телесный контакт.
— Мы достанем их вместе, — сказал коп, когда они разжали руки.
Зед кивнул. И они стали подниматься наверх.
Глава 51
Мэри помахала рукой, когда большой Мерседес притормозил около больницы. Она пронеслась с такой скоростью, что Фритц только успел открыть водительскую дверь, как она уже сидела в машине.
— Спасибо, Фритц! Послушай, я уже раз шесть звонила Рейджу, но он не берет мобильник. Все в порядке?
— Все хорошо. Я видел вашего сэра сегодня после полудня.
Она улыбнулась доджену."
"— Хорошо. И еще только восемь часов — это слишком рано, чтобы отправляться на работу.
Фритц завел двигатель и плавно влился в дорожный поток.
— Если вам что-нибудь нужно…
Она потянулась через сиденье, обняла старичка и поцеловала его в щеку.
— Быстро отвези меня домой, Фритц. Быстрее, чем когда бы то ни было. Нарушай все правила дорожного движения.
— Мадам?
— Ты меня слышал. Так быстро, как сможешь.
Фритц, разнервничавшийся от переизбытка внимания к собственной персоне, быстро пришел в себя и нажал на газ.
Мэри пристегнула ремень безопасности и, опустив козырек, посмотрела на себя в маленькое подсвеченное зеркало.
Ее руки дрожали, когда она прижимала их к щекам, из горла вырывалось хихиканье, особенно в те моменты, когда машина резко заворачивала и ее прижимало к двери.
Когда послышался громкий вой сирен, она засмеялась в полный голос.
— Прошу прощения, мадам. — Доджен взглянул на нее. — Но я должен уйти от полиции, так что трясти будет только сильнее.
— Сделай их, Фритц.
Доджен щелкнул чем-то, и все огни в машине и вне ее потухли.
