Мэри прикрыла глаза, представляя себя, какой ребенок мог бы родиться у Рейджа. Прижав руку к плоскому животу, она представила, как он увеличивается и тяжелеет. Радость от этого невозможно было бы описать, она была в этом уверена. Потому что боль от осознания того, что с ней подобного никогда не случиться, была всепоглощающей.
— Ну, воин, что ты хочешь делать? Возьмешь ли ты то, что я отдам с радостью? Или ты решишь подвергнуть риску свою возлюбленную?
Рейдж колебался, и Мэри поняла, что единственное правильное решение находилось прямо перед ними.
Ему это было необходимо.
— Пей, — приказал она.
Их глаза встретились.
— Мэри?
— Я хочу, чтобы ты пил. Сейчас же.
— Ты уверена?
— Да.
На секунду повисла леденящая душу тишина. Потом он снова бросила на пол перед Лейлой. Когда он наклонился вперед, женщина подняла рукав и положила руку себе на колени. Бледно-синие вены просвечивали под белой кожей.
Открывая рот, Рейдж потянулся к руке Мэри. Его клыки удлинились, став примерно в три раза больше.
С тихим шипящим звуком он наклонился вниз, прижавшись к руке Лейлы. Женщина дернулась, но затем вновь расслабилась.
Большим пальцем Рейдж поглаживал запястье Мэри. Она чувствовала теплоту его руки. Она не могла разглядеть, что именно он делает, но по едва уловимым движениям его головы, можно было понять, что он посасывает запястье. Когда он сжал ее руку, она слабо ответила ему тем же. Все это было так незнакомо и странно, и он был прав насчет потрясающей интимности процесса.
— Погладь его, — прошептала Лейла. — Он сейчас остановится, а еще слишком рано. Он не выпил достаточно.
Ничего не ответив, Мэри опустила свободную руку ему на голову.
— Все в порядке. Со мной все хорошо."
"Когда Рейдж дернулся, словно пытаясь откинуться назад, она подумала о том, на что он был готов пойти ради нее, о том, на что он пошел ради нее.
Она удержала его голову на месте, надавливая.
— Не торопись.
Все в порядке, правда.
Когда она сжала его ладонь, его плечи расслабились, и он придвинулся ближе к ней, чуть развернув свое тело. Она раздвинула ноги так, чтобы он мог устроиться между ними, прижимаясь грудью к ее бедру. По сравнению с его широкой спиной, она казалась совсем маленькой. Она провела рукой по его светлым волосам: тяжелые гладкие волны скользили между пальцами.
И вдруг все происходящее перестало казаться таким странным.
