В машине повисло молчание, когда Ви проехал за домом и повел машину по широкой горной дорожке между соснами и тсугами.[91] Дорога была единственным клочком земли, непокрытым вечнозелеными деревьями.
Через какое-то время Рейдж понял, что не вынесет больше ни минуты этой гнетущей тишины.
— О, ради Бога, братья. Вы не убивать меня везете. Можем мы хоть немного взбодриться?
Никто даже не взглянул на него.
— Ви, вруби Луду[92] или Фифти,[93] хорошо? Скучно в такой тишине.
Смех Фьюри послышался из-под накидки справа:
— Только ты можешь пытаться превратить это в вечеринку.
— Ну, вы ведь хотели надрать мне задницу, за все то дерьмо, что вышло из меня, да? Это ваш счастливый день. — Он ударил Фьюри по коленке. — Подумай, брат. Я сто лет выводил тебя из себя по поводу твоего «никаких женщин». А Роф. Помнишь, как я изводил тебя пару месяцев назад, пока ты окончательно не вышел из себя? Ви, помнишь, пару дней назад ты угрожал мне своей особенной рукой? Когда я сказал, что думаю о твоей ужасной эспаньолке.
"
"Ви усмехнулся.
— Мне же нужно было сделать хоть что-то, чтобы тебя заткнуть. Каждый раз, как я натыкаюсь на тебя с тех пор, как отрастил ее, ты спрашиваешь меня, не целовался ли я взасос с выхлопной трубой.
— Я до сих пор уверен, что ты проделал это именно с моей тачкой.
И снежный ком покатился. Истории Рейджа посыпались одна за другой, пока все не начали кричать так громко, что никто никого не слышал.
Когда братья выпустили пар, Рейдж откинулся на сиденье и уставился в мелькавшую за окнами ночь.
Он чертовски надеялся, что Дева-Летописеца знала, что делает, потому что, если, не дай Бог, чудовище вырвется на волю в Гробнице, его братья окажутся в глубочайшем дерьме. И, возможно, им даже придется убить его, в конце концов.
Он нахмурился и огляделся по сторонам. Роф сидел позади него. Он знал это наверняка, потому что на среднем пальце короля сверкал бриллиантовый перстень.
Рейдж прогнулся назад и прошептал:
— Мой повелитель, я прошу об услуге.
Роф подался вперед, его голос был глубоким и ровным:
— Что тебе нужно?
— Если я не… переживу сегодняшнюю ночь по каким-то причинам, я прошу тебя позаботиться о Мэри.
Капюшон кивнул. Король заговорил на Древнем Языке:
— Если таково твое желание, я клянусь исполнить его. Я буду принимать ее как кровную сестру и заботиться о ней как о любой женщине, живущей в моем доме.
Рейдж выдохнул.
— Это хорошо. Это… хорошо.
В скором времени Ви припарковал Эскелейд на небольшом ровном участке земли.
