— Здесь охрана такая тупая. Я в прошлом году коня увел, так никто и не заметил.
— Ты у Дракона коня украл? — переспрашиваю недоверчиво я.
— А что такого, — удивляется Хуан. — Мне заплатили только половину жалования из-за то, что я задел чан с тестом на кухне, и он упал на пол. Я же был не виноват, что его поставили на край стола.
Похоже, что Хуан всегда в чем-то не виноват.
— И что я должен был без денег остаться? — продолжает он. — Вот я и забрал коня и продал.
Мне остаётся только вздыхать, глядя на нерадивого, но очень предприимчивого слугу.
Карл похоже тоже осуждает действия мальчишки, но тоже молчит. Сейчас его навыки нам очень нужны, так что каждый держит свое мнение на счёт выходки Хуана при себе.
— Давай так, — говорит Карл Хуану. — Я выведу госпожу за стены замка, а ты достанешь нам лошадей.
— Мне Клеопатру, — встреваю я в их разговор.
— Нет, — качает головой Карл. — Мы будем слишком заметные.
— Возьми самых простых лошадей, Хуан, — говорит он мальчишке.
Мне жаль расставаться с лошадью-красавицей, да и это еще одна возможность досадить Марике.
Но, пожалуй, Карл прав.
— Будет сделано, — рапортует мальчишка, кидает тюк с вещами на руки Карлу и исчезает на лестнице.
— А откуда он знает, где нас искать за стеной замка? — любопытствую я.
— В замке все слуги знают, где тайный лаз под стеной, — усмехается Карл. — А вот господам о нём знать совсем не обязательно.
«Как все сложно», — думаю я. Я, живя в замке отца, никогда не задумывалась о том, как живут слуги. Они просто были. Словно услужливые тени скользили по замку: наводили порядок, готовили еду.
Для меня стало открытием, что они такие же люди: любят, обижаются, ненавидят.
Карл взваливает тюк на плечо и идёт наверх, я иду за ним. А потом мы сворачиваем в небольшой коридор, а там лестница снова ведет вниз, а дальше снова начинается коридор. Я замечаю, что это хозяйственный этаж. В приоткрытую дверь в одно из помещений мне видны кастрюли на полках, отсвечивающие металлическими боками в лунном свете. В другой комнате на столах лежат ровными стопками простыни и наволочки.
Мы все идем и идем, пока еще одна лестница не уводит нас вниз. Карл берет стакан со свечой, который стоит столике и зажигает её. Сразу становится видно, что все помещение заставлено шкафами с солениями. Видны в банках круглые красные бока помидоров, темно-зеленые полоски огурцов, и разноцветные ленточки порезанных на куски перцев. У меня рот наполняется слюной. Я готова жизнь отдать за соленый огурчик из банки.
