— Под тоннами земли? — протягивая мне перчатку и подставляя руку, переспросил мужчина.
— Возможно, вы слышали про сель, сошедший в Вертавии недалеко от границы с Лурендией десять лет назад?
— Да, конечно. Тогда много людей погибло. Так ваш муж?..
— Муж, родители, брат с женой, её родня… Почти все, кто работал на южных полях. А я дома, с детьми была, мы выжили. Не прошло и пары месяцев — новая беда в виде любвеобильного лорда и его ревнивой жены. Пришлось бежать.
— Как же вы выжили? Οдна, в чужой стране, с маленькими детьми?
Да что его на разговор-то пробило так внезапно? Я спать хочу, я вымоталась больше, чем обычно, а он всё не уходит.
— Мне помогли жители села, до которого я добралась. Целитель в той местности — редкость, поэтому о нас заботились всем селом, им очень хотелось, что бы я осталась у них насовсем.
— Но вы не остались?
— Нет. Старшие дети поступили в академию, и мы переехали поближе к ним.
— Старшие… дети?.. — мужчина аж поперхнулся. — В академию? Да во сколько же вы там замуж выходите?
— Не пугайтесь так, этих детей рожала не я, — попыталась подавить смешок при виде ошарашенного лица своего собеседника, но не получилось.
— Это мои племянники, я взяла их к себе после смерти брата, больше некому было. Но я воспитывала их последние десять лет и давно уже считаю своими детьми, хотя по возрасту они мне скорее братья и сёстры.
— Братья и сёстры? — медленно повторил брюнет. — Да сколько же у вас всего детей?
— Девять, — расплылась я в улыбке, было так забавно наблюдать, как брови мужчины поднимаются всё выше, а лицо вытягивается в изумлении.
— Девять… И вы рискнули отправиться в неизвестность с девятью детьми на руках?
— У меня не было выбора, — веселиться резко расхотелось. — Смерть грозила нам всем.
И я сказала чистую правду. Брюнет вгляделся в моё лицо, что-то в неё разглядел и тоже посерьёзнел.
— Я понимаю. До завтрашнего вечера, — и в мою ладонь привычно легли золотые кругляшки."
"— До сегодняшнего, — поправила я. — И постарайтесь не снимать перчатку до этого времени.
— Хорошо, — мужчина кивнул и скрылся за дверью в прихожую, а я обнаружила, что сегодня в моей ладони лежало пять золотых.
Я решила, что прибавка — законная плата не только за выращенную сверх плана косточку, но и за навязанный разговор и отнятые пятнадцать минут сна. Поэтому пожала плечами — ну, хочется человеку золотом разбрасываться, так кто я такая, что бы возражать? — и поплелась, придерживаясь за стену, в свою долгожданную постельку.
