— Когда будете готовы присоединиться к празднованию нашей свадьбы — милости просим на бал. Мы постараемся уйти с него пораньше, — это уже мне, — и тогда наговоритесь вдоволь.
Мне хотелось возразить, не хотелось даже на минуту расставаться с сестрой, которую я десять лет считала мёртвой, но я прекрасно понимала, что не всё теперь подчиняется моим желаниям, и то, что я стала королевой, даёт не только привилегии, но и накладывает обязанности. Мне и так дали время немного прийти в себя после такой неожиданной встречи — следы от слёз я быстро уберу, целительница я или нет? — но дольше отсутствовать на собственной свадьбе мы с мужем просто не имеем права.
Поэтому всё, что я сказала, это:
— У вас есть что-нибудь синее, желательно с белым? Здесь это цвета семьи невесты.
— Им что-нибудь подберут, — успокоил меня муж, видя, как растерянно переглядываются вновь прибывшие родственники.
— У меня есть запасной костюм на случай, если этот случайно заляпаю, — хмыкнул Рин, указывая на свой сюртук.
— Вам должен быть как раз. И я уверен, что у Велы тоже найдётся запасной наряд, а вы с ней одного роста, — это он уже Эйтине.
— Вела? Дина? — переспросила она, вспомнив и то, как ко мне обратился король.
— Ой, у нас тут совсем другие имена, я вообще Рин, представляете! — заулыбался братец, обнимая Эйтину за плечи. — Да-да, односложное, но я уже привык. Пойдёмте, посмотрим, что можно для вас подобрать, заодно расскажу, кого как теперь зовут и как мы тут жили после побега. Мне-то сразу возвращаться не обязательно, я же не жених, никто и не заметит.
Говоря это, он направился к двери, мотнув головой зятю, чтобы шёл следом. За ними вышло четверо охранников, подхвативших багаж. А я, проводив взглядом ушедших и безумно завидуя брату, на пару мгновений приникла к мужу и тут же была им крепко обнята.
— Она жива! Поверить не могу! Но как?!
— Думаю, Эймереннитор нам всё расскажет. Чувствую я, что без него не обошлось."
"— Надеюсь, его имя тоже можно сократить, — с сожалением выйдя из объятий мужа и подойдя к ближайшему зеркалу, я стала убирать следы слёз — припухшие глаза, покрасневший нос, — и поправлять немного растрёпанную причёску.
— Отвыкла я от таких длинных имён, теперь понимаю, какие они неудобные, хотя прежде казались абсолютно нормальными.
На нервной почве я болтала всякую ерунду, и муж это понял. Как всегда.
— Дина, — развернул он меня к себе, — всё хорошо, моя девочка, всё хорошо. Твоя сестра снова с тобой.
