— Дина! Дина, ты уснула? — меня похлопали по плечу, и я сообразила, что сижу, уставившись в одну точку с куском недоеденной булки в руке, с которой варенье уже начало капать на скатерть.
— Что? Ой! — я быстро отложила булку на тарелку и, схватив салфетку, начала машинально оттирать варенье со скатерти. — Простите, задумалась.
— Дина, всё будет хорошо, — Вела отняла у меня салфетку. — Не нужно так волноваться.
— Вот я посмотрю на тебя, когда замуж выходить будешь. И тоже скажу: «Не нужно волноваться, — хмыкнула Льюла и сунула в рот недоеденную мною булочку.
Я и бровью не повела, прожорливые подростки для меня не в новинку, а вот Вела, уже оставившая позади этот возраст, осуждающе покачала головой, сделала сестре большие глаза, а потом пожала плечами:
— Я в ближайшее время замуж не собираюсь.
— А Вилмер в курсе? — ехидно поинтересовалась Льюла, дожевав булочку.
— А причём здесь Вилмер? — Вела равнодушно пожала плечами, но слегка заалевшие щёки выдали её с головой.
— И вообще, никакой свадьбы ни с кем, пока академию не закончу!
— Только его высочеству об этом не говори, мне слишком нравятся те конфетки, с орехом и цукатами.
— Вот сама за него и выходи!
— Да нужен он мне сто лет, этот дрыщ!
— Неправда! Вилли не дрыщ!
— Девочки, только не подеритесь, пожалуйста, — давя улыбку, попросила я. Льюла откровенно дразнила сестру, ведь сама же про Вилмера не так давно говорила «бык здоровый», но Вела на её дразнилки всё равно велась.
— А то вам еще меня к алтарю сопровождать. Впрочем, синяки будут хорошо сочетаться с цветом ваших платьев. Ладно, деритесь.
— Будто ты их нам не сведёшь за минуту, — фыркнула Льюла. — Да и с кем драться-то? С этой малышкой?
— Эй, я на два года старше!
— А я тебя еще в восемь лет переросла.
— Миледи, пора, — заглянувшая в дверь Шелла прервала привычную перепалку девочек, которые обожали друг друга и готовы были стоять плечом к плечу против всего мира, но это не мешало им частенько вот так цеплять друг друга, но без зла, скорее ради развлечения.
— Мы тоже пойдём одеваться, — Вела чмокнула меня в щёку, шепнула на ухо: — Держись! — и исчезла, прихватив сестру."
"А я попала в цепкие руки сразу трёх горничных, которые отмыли меня до скрипа, и, хотя я пыталась убедить их, что помощь в купании мне уже лет десять не нужна — не вняли.
