— Что смотришь? Или не признал? — Женщина усмехнулась и, не дожидаясь его ответа, развела руками: — Да, не молодеем мы. Ты вот тоже поседел, заматерел, и вид усталый. Сегодня что-нибудь ел?
— Не успел, Вера Семеновна. Ничего, до вечера дотерплю, а уж дома…
— Здравствуй, Гуров! Это я, твоя язва! — насмешливо сказала докторша. — Пошли в ординаторскую, я тебе хоть чаю налью, попьешь с печеньем. Все в желудке не так пусто будет.
В помещении находились и другие врачи, но никто не издал ни звука, когда туда вошли Федорова и Лев Иванович.
Характер у Веры Семеновны был кремень, она в молодости и начальство строила так, что оно даже пищать не решалось. Все как-то незаметно вышли, и они остались вдвоем.
— Рассказывай, что за дела у тебя здесь, — предложила женщина.
— Вера Семеновна, вы Осипова хорошо знали? — спросил сыщик.
— Илюшеньку-то? Конечно, хорошо. Святой человек! Врач от Бога! — с теплотой в голосе ответила она и тут же насторожилась: — А почему ты им интересуешься?
— Напали на него в собственном доме, пытали и ножом ударили.
Вот и ищу, кто это сделал, — объяснил Гуров.
— Твою мать!.. Чтобы на Илюшеньку руку поднять, законченным подонком надо быть! Найдешь его?
— Найду! — твердо пообещал Гуров и попросил: — Вы расскажите мне о нем. Может, мотивы какие-нибудь появятся, а то я сейчас не знаю, что и думать."
"— Я тебе так отвечу: интеллигент в лучшем и высшем смысле этого слова. Профессионал высочайшего уровня. Опыт колоссальный. Сколько раз я ему говорила, чтобы диссертацию написал, а он отмахивался.
Понимаешь, Осипов локтями толкаться не умеет, а в наше время иначе не пробьешься. Больные его обожали, даже те, на ком пробу ставить негде, никогда ничем не обидели. Он их словом лечил, а к таблеткам с уколами прибегал только в самых тяжелых случаях. Ты знаешь, что такое суггестивная психотерапия?
— Вера Семеновна, вы не поверите, но знаю. Это лечение с помощью внушения и гипноза.
— Вот именно! Только Илюша к человеческой психике очень бережно относился, поэтому гипноз применял только тогда, когда все другие способы лечения были исчерпаны.
Вот смотрю я на молодых врачей, и грустно мне становится. Для них уколы и таблетки на первом месте, потому что это душевных затрат не требует. Они дело на поток поставили и только назначения как под копирку пишут. А Илюша к каждому пациенту индивидуальный подход находил. Он часами с человеком разговаривал, чтобы понять первопричину болезни, и только потом лечить начинал.
