ОМОН в ЧОП «Сподвижники»! Немедленно! Пусть проследят, чтобы никто не ушел и не уничтожил ни одну бумагу. Второе. Запросить данные, не покупала ли куда-нибудь билет Лариса Петровна Артамонова. Третье. Срочно пробить по адресному место ее регистрации и выслать туда группу. Если она там, брать без раздумий. Четвертое. То же самое по поводу Краснова Евгения Викторовича. Если он еще жив, конечно. Но это вряд ли. Пятое. Затребовать из архива Бурденко личное дело медсестры Ларисы Петровны Артамоновой. Наряды в адреса ее родственников немедленно.
Если она там — брать! Шестое. Пробить по данным регистрационной палаты, не принадлежит ли ей какая-нибудь недвижимость вроде дачи. Если есть — наряд туда. Седьмое. Фотографию дамочки разослать на все погранпереходы, потому что у нее могут быть документы на другое имя. Если задержат лишних, потом извинимся. Восьмое. Запросы во все московские банки, где есть депозитарные ячейки. Надо выяснить, не арендовала ли она такую, когда была в последний раз и как уходила, налегке или с объемной сумкой.
Это по записям не трудно проверить. Девятое. Выяснить, есть ли у нее машина. Если да, то какая именно. Дать команду гаишникам, чтобы не просто тормозили ее, а задерживали и ждали приезда наряда. Десятое. Все то же самое по поводу автомобиля Краснова. У нее может быть на него доверенность. Одиннадцатое. Пробить все автомобили, зарегистрированные на ЧОП. Она может быть в одном из них. Пока все. Если еще что-нибудь появится, я позвоню.
— Слушаю и повинуюсь! — буркнул Щербаков и прекратил разговор.
— Круто ты с ним, однако! — заявил Крячко.
— Ничего, стерпит. Ты думаешь, почему он за дело клоунов уцепился? Ему себя на новом месте с самой лучшей стороны проявить надо. Так что проглотит и не подавится.
— Ты думаешь, Артамонова попытается сбежать? — спросил Стас.
— Обязательно.
— А может, действительно у каких-нибудь дальних родственников попробует спрятаться?
— Нет, она не дура. Иначе не смогла бы такое дело организовать.
Именно поэтому будет уходить, причем сегодня же, с деньгами и цацками. Я не знаю, что там мальчишки насчет машины выяснили, но это Артамонова ждала Васютина. Увидела, как труповозка приехала, и поняла, что лавочка прикрылась. У нее не осталось козырей, и она решила уйти по-английски, не прощаясь.
— Почему нет козырей? У нее еще есть Парамонов и Тимошенко, — возразил Крячко."
"— Стас, о чем ты? — Лев Иванович поморщился. — У нее было всего три человека.
