Ни ксивы, ни денег, ни ключей каких-нибудь. Даже часов не нашлось. Все карманы пустые. Голяк. Была у меня мысль одну пульку из пистолета забрать, да решил, что не стоит связываться. Так что мы ничего не взяли.
— Значит, его на улице кто-то в машине ждал. Это уже наши проблемы. Винтовку с пистолетом куда дели?
— На месте остались, как и труп. Да ты не волнуйся, мы никаких следов не оставили. А вот человека я там посадил, он за всем присмотрит. Как ваши подъедут, тут же уйдет.
— Как ты понял, что его именно там надо искать? — спросил Лев.
— А я и сам лучшего места не нашел бы, — ответил незнакомец, заметил удивленный взгляд сыщика и пояснил: — Я в прошлой жизни много кем был, в том числе и снайпером. В общем, так, Гуров, предупреждаю, что мы теперь с тебя глаз не спустим.
— Чтобы на последнем этапе опередить меня и перехватить организатора?
— Зачем ты так? — Мужчина поморщился. — На тебя, похоже, сезон охоты открыли. А серьезные люди говорят, что в этом деле никто не разберется, только ты.
Они твою персону очень уважают и принципы тоже. Ты этого организатора, главное, найди и расколи до самых башмаков, а уж результат, можешь не сомневаться, мы узнаем. Достать его потом где угодно — это уже наше дело. Кстати, к Потапу можешь не торопиться. Его предупредили, что ты задержишься. Теперь пиши, где труп лежит. — Мужчина продиктовал Льву адрес, легко поднялся из кресла и пошел в прихожую.
— Если вы такие заботливые, могли бы мне и запаску поставить вместо пробитого колеса, — сказал ему вслед Лев.
— Ты, Гуров, рамсы попутал, — повернувшись, с усмешкой сказал незнакомец. — Мы не шиномонтаж. У нас другой профиль.
Хлопнула дверь, и мужчина, ни разу ни до чего в доме не дотронувшийся, ушел. Гуров был уверен, что он и дверь открыл через носовой платок.
Лев Иванович посмотрел на клоуна, лежавшего на журнальном столике, и позвонил Крячко.
Теперь Лев и Стас стояли и смотрели на то, что осталось от человека, убившего уже много людей и собиравшегося пристрелить Гурова.
Головы у него действительно не было. Все вокруг заляпано кровью и ошметками мозгового вещества. Зрелище до того отвратительное, что даже друзьям, привычным ко всему, стало не по себе.
Как ни странно, но Прохоров, который вел протокол осмотра, чувствовал себя совершенно нормально.
Когда Стас похвалил его выдержку, тот ответил:"
"— Да я такое уже не раз видел. У нас же постоянно люди под электричку попадают. Один пьяный, другой надеется, что успеет перебежать.
