– Хочешь об этом поговорить?
– Я вчера весь вечер говорил с Бетси, а сегодня утром – с Эриком, сейчас просто больше не могу. Может, попозже. Да.
– Кевин? – спросила Дэн.
– Не надо было увозить Эндрю, – глухо произнес он.
Ники посмотрел на него с ужасом.
– Ты же это не всерьез?
– Тебя больше всех бесили его таблетки, – поддержала Дэн. – Что поменялось?
– Время, – подсказал Нил. – В зимнем сезоне осталось две игры, и у нас все шансы попасть в весеннюю серию. Если в комитете решат, что Эндрю выбыл из состава, мы не проходим по количеству игроков.
Нас выкинут из турнира, и прощай, сезон. Готов поспорить, Рико первый поглумится над нами, если это произойдет. Вот чего боится Кевин.
– Да хер с ним, с сезоном, – возбужденно вмешался Ники. – Простите, но Эндрю – мой двоюродный брат, и ради него я готов отказаться от всех чемпионатов. Если бы Бетси оставила его на таблетках после того, что случилось, я бы… – Он красноречиво махнул рукой.
– Вижу, ты того же мнения, – бросил Нилу Кевин.
Нил устремил на него бесстрастный взгляд.
– Задержись ты тогда чуть подольше, ты бы, может, и понял, почему сезон меня уже не волнует. Кевин, ты слышал его смех там, в спальне? А он смеялся, – продолжал Нил, не обращая внимания на исказившееся болью лицо Ники и быстрый взгляд, которым обменялись Дэн и Мэтт. – Смеялся еще до того, как Дрейк рухнул на пол. Так что – да, я готов пожертвовать сезоном. А после всего, что Эндрю для тебя сделал и чем ради тебя рисковал, ты по-хорошему должен считать так же.
– Все очень непросто… – начал Кевин.
– Тогда упрости, – отрезал Нил.
Кевин умолк. Минуту спустя он начал пить по-настоящему. Остальные быстро его поддержали. В последующие два часа Нил и Рене наблюдали, как товарищи по команде стараются нарезаться до беспамятства. Они заказали еду, хотя особого аппетита ни у кого не было. Курьер, доставивший заказ на стойку дежурного, набрал номер Рене, и она вместе с Нилом спустилась на первый этаж забрать пакеты. В вестибюле было довольно много народу, и Нил не мог не заметить, что при появлении Лисов оживленные разговоры сразу стихли.
К счастью, дураков, решившихся лезть к ним с расспросами, не нашлось.
Когда они снова оказались в уединении лифта, Рене посмотрела на Нила:
– А ты, Нил? Ты как вообще?
– Я в порядке, – буркнул он, и на этом беседа зашла в тупик.
Закуска слегка протрезвила компанию, но ненадолго. На глазах Нила Лисы отключались один за другим. Он полагал, что девушки перейдут в свою комнату, но ушла только Элисон.
