Я поверила! Он умеет быть убедительным… Я даже порвала все контракты здесь в надежде на карьерный рост за рубежом и оказалась не удел. Он пропал, просто пропал, обманул меня. Я жертва! — повторила Адель.
— Слышь, жертва, а ты хоть поняла, что жизни Василисы угрожала опасность? — спросил и посмотрел на девушку с презрением. — Значит, так. У тебя есть выход отделать от тюрьмы только одним способом.
— Я согласна! — выпалила она. — На все согласна! Только не в тюрьму…
— Будешь наживкой, — обрадовал я Адель.
Она померкла в тот же миг, глаза потухли.
— Наживкой?"
"— Наживкой. Нужно поймать его на горяченьком. Хочу, чтобы ты изобразила Василису.
— Но мы так непохожи, у меня медийная внешность, очень яркая…
— Поверь, тебе лучше постараться, Адель. Или отправишься за решетку, а Стефан будет гулять на свободе, пока ты стареешь и покрываешься морщинами с головы до ног.
На лице модели появился искренний шок и ужас. Теперь Адель была напугана по-настоящему, ей не хотелось провести всю молодость в тюрьме!
— Я согласна! Что нужно делать?
Глава 31
Василиса
Я с нетерпением ждала момента, когда мне разрешат покинуть стены больницы.
Казалось бы, еще несколько дней назад я едва держалась на ногах, сидела с трудом и чувствовала себя развалиной! Я могла только удивиться, как в таком дурном состоянии мне хватило сил, чтобы выйти в открытую против одной из приспешниц Войцеховски и даже хватило решимости устроить попытку побега через окно! Оказавшись на крыше, я быстро поняла, что переоценила собственные возможности и не могла придумать выход из сложной ситуации.
Можно сказать, что я загнала себя в тупик. Если бы не своевременное вмешательство Кирилла, моя авантюра могла закончиться плачевно.
Кирилл…
Мое сердце подскочило в район горла и начало колотиться там испуганной птицей, стоило мне только подумать о нем!
Мой первый и единственный мужчина, взволновавший до глубины души. Я закрыла глаза и попыталась сосчитать все взлеты и падения, которые у нас были, и почти сразу же сбилась со счета.
Наверное, пытаться подвести итог в наших баталиях, ссорах и бурных примирениях — безнадежная затея. Знаю, что делаю это зря. Так же как знаю, что даже если все наладится, впереди будет еще не один десяток моментов, когда я буду разрываться между желанием поцеловать Кирилла и надавать ему пощечин по холеному, красивому лицу закоренелого хищника и неисправимого бабника.
Он всегда привлекал меня.
