Глава 11"
"6 июня, 07 часов 05 минут, Балтика, открытое море
В следующий раз я проснулась гораздо позже и даже смогла бы назвать себя отдохнувшей – если бы не чувство неясной тревоги. Что-то было не так. Да, пароход по-прежнему качало со страшной силой, но к этому я привыкнуть успела, и даже желудок меня не подводил. И все-таки что-то было не так.
С полминуты я вслушивалась лязг и скрежет парохода, в порывы ветра, атакующие иллюминатор. Из-за стенки доносились бодрые голоса Софи и Андре, моих ранних пташек… а потом меня осенило – паровая машина.
Она больше не шумела, не работала.
И тогда уж паника охватила меня по-полной, ибо я точно знала, что никаких остановок вплоть до самого Гельсингфорса не намечено. Вскочила, накинула первое что под руку подвернулось и принялась искать мужа. Нашла, слава Богу, быстро, в гостиной – я даже не была уверена, что он ложился этой ночью.
– Что случилось? – спросила я, плотнее кутаясь в капот.
– Приказ командира корабля, – неохотно ответил муж, разбивая кочергой угли в горящем камине.
– Впереди буря и шведский Готланд: можем сесть на мель, если не переждем. Экипаж остановил машину, пароход на якоре.
Я похолодела.
– Но… здесь же бомба! Что если этот Химик решит, будто остановка из-за него, и…
Муж, будто сражался с невидимым врагом, ударил кочергой особенно сильно. Искры фейерверком полетели вверх. Он швырнул кочергу и тяжело оперся на каминную полку.
– Жан… – позвала я, беспокоясь все сильней.
– Я все думаю, где же я так нагрешил, – ответил он чуть слышно.
– Все вокруг сыпется, рушится с такой скоростью, что порой мне страшно просыпаться по утрам, Лили. Будто однажды, открыв глаза, я и тебя не увижу.
– Эй! – я легонько тронула его за руку. – Это же моя фраза. Это я всего боюсь и переживаю, как бы чего не случилось. Забыл? А ты над всем потешаешься и отвратительно шутишь. И лишь твоя самоуверенность порой позволяет и мне окончательно не сойти с ума от страха.
– Теперь еще получается, что мы идеальная пара? – хмыкнул он.
– Идеальная.
А ты сомневался?
– Сомневался. Ты бы могла найти себе и кого получше.
– Могла бы, – пожала я плечами, и впрямь раздумывая. – Но, кажется, это твоя матушка говорила: лучшее – враг хорошего. Ну вот, ты хотя бы улыбнулся – всегда улыбаешься, когда я говорю о твоей матушке.
Я обняла его за талию и тотчас почувствовала теплые губы на своем виске.
– Улыбаюсь… поулыбался бы я, если б ты тогда ушла от меня.
– Но ведь я не ушла. И ни разу о том не пожалела.
