А мистер Макгроу, услышав реплику молодого литератора, поправляться и не думал, а возразил:
– Позвольте, милейший, какой же вы русский, ежели совсем не знаете их языка?
Жестокая правда заставила месье Муратова даже порозоветь в щеках.
– Да, но… знаете ли, в начале века многие русские аристократы совсем не говорили на родном языке. Да что там, даже сам Пушкин порой не мог русскими словами выразить свою мысль! Вы будете утверждать, что и Пушкин не русский?
– Пушкин, как и эти ваши прочие аристократы начала века, хотя бы жили в России – в отличие от вас, господин Муратов, – продолжал насмешничать американец.
И вдруг разошелся окончательно: – да я и то больше русский чем вы, ибо уже дважды побывал по деловым вопросам в этой дикой стране.
Последнее было совсем уж лишним… Мне это стоило усилий, но, смерив американца холодным взглядом, я все-таки смолчала.
А вот мадам Гроссо, актриса, хмыкнула с явной неприязнью:
– Фу, не будьте так вульгарны, милый Рональд.
Вступился за Россию, к моему удивлению, и аптекарь Кох, ужинающий с женою за третьим столиком:
– Не могу с вами согласиться, господин Макгроу. Я тоже имел удовольствие бывать в России не раз и не два, и вовсе никакой особенной дикости не заметил. Их столица ничуть не хуже столицы любого другого европейского государства.
Не говоря уж о Нью-Йорке.
– Вы бывали в Нью-Йорке? – не обидевшись, поинтересовался Макгроу.
– Бывал, – степенно согласился тот. – Мы с моей Гретой большие любители путешествовать.
Фрау Грета Кох сухо и без эмоций ему кивнула, соглашаясь.
– Что ж, не буду спорить насчет их столицы, – смилостивился Макгроу. -Однако ежели выехать за пределы ее, уверяю, вы решите, будто попали в средневековую деревушку, причем самую захолустную.
Вся беда в том, господа, что территории России слишком велики. Поймите правильно, я люблю русских, они отличные ребята! Но содержать в порядке столь огромные территории они явно не способны. Жаль, что упорно не хотят этого признавать.
С этим Кох спорить не стал. Похмыкали, соглашаясь, и прочие пассажиры, даже Ева улыбнулась краешком губ и с превосходством поглядела на Муратова.
