По крайней мере таких, какие меня бы сколько-нибудь удовлетворили.
Вместо этого я попыталась вспомнить все детали нашего разговора с хозяином вечеринки. Гераскин умел произвести впечатление и, несомненно, знал об этом. Непохоже было, что какой-то из вопросов застал его врасплох или заставил сочинять. Что было тому причиной: его откровенность или тщательная подготовка к беседе со мной — большой вопрос.
С Милой у него вполне могло быть что-то большее, чем просто дежурные беседы. В конце концов, девушка копила деньги на мечту, а он легко мог исполнить любую ее прихоть.
Она вполне могла этим воспользоваться, заметив его к ней интерес. Ее коллега Софья могла этого просто не знать. Гэтсби не хотел афишировать отношения с юной особой, тем более когда у него есть красотка в белом костюме. Ну а Мила прятала завидного любовника от подруг, чтобы не увели. К тому же сменщица говорила, что видела ее в парке с кем-то. Гераскина она бы узнала. Значит, у Милы на момент знакомства с Гэтсби уже могли быть другие отношения.
Пожалуй, следует встретиться с однокурсницей Милы. Если они общались достаточно близко, она сможет пролить свет на многие вопросы, которые у меня появились.
Утром меня разбудил звонок, и я подумала, что было большой глупостью оставить мобильник на ночь в кухне. Я потопала туда почти на ощупь, щурясь от света. Ударилась о косяк двери в кухню и чертыхнулась. Мелодия прекратилась. Я подошла и увидела время на экране — половина девятого. Тут телефон снова ожил.
— Слушаю и повинуюсь, — отчеканила я, увидев, что звонит Субботкин.
— Лучше бы ты вчера слушалась, — ответил он. — Хоть бы и без повиновений.
— Была занята, — честно ответила я. — Ты звонил?
— Весь вечер.
— Прошу понять и простить. Чему обязана в столь ранний час, еще и в выходной?
— У кого выходной, а у кого работы полна коробочка.
— Понимаю, — кивнула я."
"— Тут такое дело. Вчера у нас повязали мальчишку с наркотой. Ну как мальчишку — ему уже за двадцать. При задержании он под кайфом грозился позвонить твоему недавнему знакомому — Шувалову.
Даже несколько раз набирал номер на телефоне. Когда понял, что на том конце не отвечают, заявил сотрудникам, что те еще пожалеют. Якобы Шувалов ему сильно обязан. Даже заявил, что помог тому в каком-то грязном деле и Петр Владимирович перед ним в долгу.
— Интере-есно, — протянула я. — Можно с ним побеседовать?
— Затем и звоню, — заверил Субботкин. — Приезжай в понедельник.
— А раньше нельзя?
— Издеваешься, дай выдохнуть. Никуда он не денется.
