— Пусть убирается, — пожала плечами Юля. — Парень, подбросить тебя до больницы?
— Нет, нет! — испуганно запротестовал тот. — Собачка у вас здоровая? Бешенства у нее нет?
— Все прививки сделаны, — утвердительно кивнула Юля.
— Вот и ладно, — сказал мужчина и дал деру.
Подруги посмотрели ему вслед, удивляясь про себя, как это ему с такой рукой и в одном ботинке удается так шустро убегать. Но долго ломать над этим вопросом головы времени у них не было. Их ждал старший по имени Кениг, который наконец должен был объяснить подругам, что к чему с их машиной.
— Собаку в клуб не пустят! — сказала Юля. — Придется оставить Грея дома.
— А если те парни захотят нас похитить? — возразила Мариша.
— Если бы хотели, то давно бы уж похитили, — резонно заметила Юля. — Видимо, им нужна только машина.
— Тоже верно, — согласилась Мариша. — Ну, Грей, ты хороший пес. Пойдешь сейчас домой и получишь косточку. А мы с Юлей ненадолго отлучимся.
И подруги отвели пса наверх. Сами девушки быстро достали какие-то нарядные топики и юбки, наспех переоделись, причесались и двинулись на встречу с неизвестным им Кенигом.
Грей проводил подруг до дверей и печально тявкнул им вслед.
— Не грусти! — пожелала ему Мариша и закрыла за собой дверь, К клубу подруги подкатили на своей с трудом отвоеванной у германской разгулявшейся преступности машине, В клуб их пустили без особых проблем. Они заплатили по пять евро за вход и оказались в довольно просторном помещении. Интерьер был решен в светлых тонах, что для подруг оказалось довольно непривычно.
Публика не обращала на них никакого внимания. Они нашли место за стойкой бара, заказали себе по стакану сока и принялись ждать, когда Кениг к ним присоединится. Но он что-то задерживался. Наконец на плечо Мариши, на обнаженное и весьма соблазнительное, надо сказать, плечо, легла мужская рука."
"Мариша резко обернулась и увидела высокого мужчину в приличном костюме, который сделал ей знак следовать за ним. Мариша потянула подругу за собой, и они втроем пересекли общий зал и вышли через заднюю дверь на улицу.
Тут их провожатый исчез, а вместо него появился молодчик лет тридцати пяти в светлой, с ручной вышивкой рубашке и элегантных шелковых брюках тоном чуть темней рубашки. У него были длинные светлые волосы, подстриженные в каре. И он меньше всего напоминал бандита. Скорее, управляющего какой-то преуспевающей фирмы или менеджера крупного отдела. Лицо у него было смуглое. И на его фоне волосы казались еще более светлыми.
