Это был африканец с косичками, которые и сейчас имелись у него на голове, и детина с рыжей бородой, которая успела отрасти у него из той рыжей щетины, которую видели подруги на его физиономии в последнюю встречу. Гипс на ноге уже не производил впечатления стерильной чистоты. Напротив, он был порядком заляпан какой-то зеленоватой тиной и другими пятнами.
И, наконец, третьим человеком был Алекс. Увидев его, африканская жена Антона что-то сказала мужу.
— Проходите все в дом, — сказал Антон. — Теперь, когда мой дорогой брат наконец с нами, похоже, загадкам пришел конец.
Все послушно последовали за двумя братьями в дом. Но если сгорающие от нетерпения подруги надеялись, что Алекс тут же и начнет облегчать душу, то они здорово ошибались. Для начала Алекс заявил:
— Я не буду с вами разговаривать, пока вы меня не развяжете. И я хочу вам напомнить, что вы все находитесь у меня в доме, а не где-нибудь еще. Так что я требую, чтобы меня развязали.
— Он прав, — пробормотал Смайл. — Давайте его развяжем.
— Хорошо, — согласился Ганс, вытаскивая из кобуры пистолет и занимая позицию возле двери, ведущей из комнаты.
— Можете его развязывать.
Воду быстро снял со своего хозяина веревки, и Алекс с облегчением принялся растирать затекшие руки.
— Ну что, братец? — поинтересовался у него Антон. — Теперь тебе лучше?
— Мне было бы совсем хорошо, если бы мой план сработал и ты сейчас сидел бы в тюрьме, где тебе самое и место! — злобно рыкнул на него Алекс.
— Кто бы говорил! — воскликнул Антон. — Это же ты убил Вольфа!
— Это ложь! — возмутился Алекс.
— Никто его не убивал. Кому он нужен, чтобы его убивать? Я хотел, чтобы он отдал мне пленку.
— Но тем не менее Вольф мертв, — сказала Мариша.
— Я же не виноват, что у этого старого дурака оказалось больное сердце.
— А зачем ты вообще к нему приехал? — спросила у него Мариша.
— Хотел, чтобы он отдал мне пленку, — ответил Алекс.
— А почему было не купить?
— Он заломил за нее огромные деньги! — сказал Алекс. — Я таких ему заплатить не мог. Но тем не менее пленка была мне нужна.
Но когда мои ребята принялись спрашивать у Вольфа, куда он дел пленку, этот козел внезапно взял и отдал концы.
— А зачем вы его закопали? — спросила Юля.
— Чтобы его подольше не нашли, — объяснил ей Алекс. — Чем больший промежуток времени отделял бы день смерти Вольфа от дня, когда труп могли обнаружить, тем меньше вероятность того, что его смерть свяжут с моим визитом.
— Но почему? Ведь он умер своей смертью! — удивилась Юля.
