– И как?
– О, твои прислужники усердно отрабатывают проданные души. Вот что значит правильная мотивация! – Я протянула раскрытую ладонь, предлагая ему вернуть вещицу. – Спасибо за брошь. Видимо, потеряла, когда приходила рассказать имя Йорика.
– Агнесс, у меня появился вопрос. – Его глаза искрились от смеха.
– Пока я стою на подоконнике?
– Ты прекрасно выглядишь на моем подоконнике, но почему ты решила, что оставила брошь в этом кабинете?
– Предчувствие. Понимаешь, женщины всегда точно знают, где теряют украшения.
У нас с дорогими сердцу вещами ментальная связь.
– На ней стояло следящее заклятие, – не разрывая зрительного контакта, без обиняков заявил он и с педантичностью уточнил: – Мастерски выполненное.
– Неужели?! Хочешь сказать, что за мной кто-то шпионил?! – мгновенно изобразила я изумление, но выглядеть искренней, стоя на дурацком подоконнике, было чуточку сложновато.
– Агнесс… – Торстен даже не пытался подавить восхищенную наглостью улыбку.
– Что, Ристад? – исключительно по-деловому спросила я.
– Помочь тебе спуститься?
– Помоги, – согласно кивнула.
Ристад потянулся, сжал мою талию. Без колебаний я обняла его за плечи и изящно спустилась вниз. Больше причин держаться друг за друга не было, но мы не размыкали объятий. От него пахло тем самым благовонием, горьковатым и очень строгим, витавшим в воздухе кабинета. Хотелось жадно втянуть аромат, наполнить грудь и навсегда запечатать в подсознании, а потом, едва почувствовав знакомые нотки, воскрешать в памяти почти размытый мужской образ.
Интересно, это признаки первой любви и будущей затяжной меланхолии?
Темный маг изучал меня медленным взглядом: скользил по глазам, губам и скулам.
– Зачем убрала веснушки? Они милые.
– И через седмицу снова будут на мне.
– Я смогу их увидеть? – вкрадчиво произнес он.
– При большом желании даже пересчитать, – с легкостью согласилась я, не сразу догадавшись, что вопросец-то был с подвохом.
– Отдашь брошь? Это подарок родителей.
– Нет. Симпатичная безделица.
– Как веснушки?
– Они вне конкуренции, – покачал он головой.
– Веснушками поделиться не могу, господин Торстен, – хмыкнула я, – но брошь одолжу, если нравится. Как надоест, передашь через Катис.
– Не вижу смысла в посыльных, Агнесс. Поверь, я непременно тебя найду. Вернуть брошь и пересчитать веснушки.
