– Мы все знаем, что Ферди в принципе бессмертен. Проспится – и встанет резвее прежнего!
– Это никак не отменяет, что ты прикончила Изольду, – заметил инкуб.
– Ты сам выронил горшок! – возмутилась я, чувствуя, как пальцы и ладони горят от готового сорваться заклятия.
– Ты меня ослепила.
– На меня набросилось умертвие!
– Могла отойти с дороги, – втиснулся Нестор в наш спор.
– Конечно, он обежал бы по дуге! Ты меня за дуру принимаешь? – разозлилась я и накинулась на инкуба: – Хэллрой, если ты не в курсе, то комнатные растения тоже бессмертные.
Пересадишь кактус в другой горшок, и он снова зацветет. Поверь мне, я такое не раз проделывала! Соседка по общаге даже не знает, что ее бегония из окна выпадала!"
"– Выходит, мерзавка орудует не только в нашем замке? – хмуро резюмировали они. – Мы сделаем мир лучше, если ее не станет.
– Все по догмам светлых магов…
– Слушайте, братья Торстены, – взвилась я. – Не заставляйте делать вам больно! Поверьте на слово, я это умею и успешно практикую!
– Да мне уже больно! Ты душу из меня вынула и на фарш порубила, – прошипел Хэллрой.
В этот момент наивысшего напряжения, когда всему замку следовало спасаться праведным бегством, внезапно раздался вопрос:
– И что, по-вашему, здесь происходит?
От неожиданности я вздрогнула, хотя по всем правилам светлой магии не имела права обращать драгоценное внимание на какие отвлекающие мелочи, особенно на мужские голоса с хрипотцой. Чары, призванные прилепить противников к стенам на вязкую паутину, сорвались с кончиков пальцев.
Поток возмущенного воздуха закрутился спиралью, взметнул юбку, раскидал по полу письма…
Опомнившись, я резко выставила вперед руки, перехватывая удар. Серебристая шаровая молния дернулась, заставляя меня податься вперед, и застыла в полушаге от Ристада, за плечом которого с ехидным видом маячила Брунгильда. При виде нее по спине побежала капля холодного пота.
Совсем, Агнесс, взбесилась? Чуть замечательную бабку не прибила! Рано тетушке декану отправляться к верховной ведьме, она даже погребальную урну не выбрала.
На холл опустилась зловещая тишина. В ледяном молчании хозяин замка обозревал бардак: Ферди, клетку, разбитый цветочный горшок, двух взбеленившихся братьев и среди всего этого безобразия светлую чародейку с вытянутыми руками, на невидимых нитях удерживающую потрескивающий шар.
– Погасите, – тихо велел хозяин дома, хотя не возникало никаких сомнений, что он в состоянии развеять чары, возможно, легким взмахом руки.
