Сорванно выдыхая, пытаюсь увернуться от его губ.
- Тая! - рычит, впечатывая меня в стену.
Оскаливаясь, кусает за губу, блокируя мою гневную тираду языком.
Отворачиваю лицо, толкая его в грудь и в сердцах припечатываю по щеке.
От звука пощёчины сама же и замираю, испугавшись отдергиваю руку.
Закрыв глаза , Хасанов, морщась, ведёт челюстью.
Черт... Вот это я влепила! Ладонь горит.
Стискиваю зубы, и пытаюсь не упасть ниц с извинениями.
Потому что заслужил он эту пощечину!
Разве можно так над влюбленной девушкой издеваться?! То прогоняет, то в душе зажимает!
Распахивает глаза.
Взгляд тяжёлый... Верхняя губы дёргается в чуть заметном оскале.
Смотрит мне в глаза.
И мне даже кажется, что я сейчас выхвачу. Не ответную пощечину, нет. Выхвачу резких слов или… злого равнодушия… или…
Но он сдерживается. Взгляд становится теплее, с пьяной поволокой.
Его губы мягко, ласково и настойчиво опять пленяют мои.
И он так целует...
- Ненавижу тебя! - всхлипываю я, позволяя ему целовать мои двигающиеся губы.
- Нет... - шепчет он. - Не правда.
Все мои обиды капитулируют перед этой горячей нежностью. Но мне так больно... что кажется сердце разорвется сейчас! И мне инстинктивно хочется сделать ему также больно. Чтобы он почувствовал!
- Не хочу тебя! - дрожащим голосом шепчу ему в губы.
Это такая ложь... Смешная, детская! Да я за эти поцелуи душу готова продать сейчас.
Но его цепляет.
Он тоже делает мне больно, кусая в основание шеи. И давит зубами... На грани... Так, что я не могу определиться действительно ли мне больно или.
.. Или это острое ощущение словно тянет что-то чувствительное через все тело, превращаясь в пульсацию между бедер.
- Врешь! - рычит мне в ухо.
Вру...
Глубоко целуя, подхватывает под колено. Вдавливается в меня раскаленной головкой.
Задохнувшись, хрипло мурлычу, вжимаясь губами ему в скулу.
Я такая пьяная... Мне плевать что будет после! Что он обо мне думает вообще... Я хочу, чтобы сейчас он не останавливался.
Нетерпеливо скребу коготками по его плечам, закатывая глаза от невыносимого дразнящего давления.
Дернув бедрами протыкает меня и растягивает. Ладонь запечатывает мой рот.
- Тихо! - дрожит его голос. - Ч-ч-ч...
Несколько оглушающих рывков внутрь.
А потом меня как безвольную куклу разворачивает и загибает у стенки.
Там, у рояля мы занимались любовью. Сейчас - мы трахаемся! Это ничуть-ничуть-ничуть не хуже!
И я кусаю губы, и его пальцы, пытаясь не стонать в голос от вспыхивающих в глазах фейерверков.
