Вот только вчерашняя отбивная, оставшаяся несъеденной, лежала в холодильнике немым укором, и Мила, вздохнув, отказалась от утешительного бутерброда, сжевала кусок холодного мяса, практически не чувствуя вкуса, и принялась за наведение порядка в своей перевернутой вверх дном квартире. До вечернего моциона с собакой у нее еще оставалось достаточно времени.
На прогулке с собакой ее сопровождал Игорь. Мила помнила, что в семь вечера у него пересменок, а потому вышла в шесть, чтобы успеть вернуться до назначенного времени.
Задерживать охранника дольше положенного она считала неприличным. Работа есть работа, и она должна заканчиваться вовремя. Окончательно оклемавшийся Кактус трусил по улице, периодически задирая лапу на кусты по бокам тротуара.
Поравнявшись с тем местом, где утром они обнаружили неподвижное женское тело, оказавшееся сильно пьяной Полиной Кедровской, Мила неожиданно подумала о ее детях, Вите и Оле. Пришла ли в чувство их мать, кормила ли она сегодня вернувшихся из школы подростков?
Она посмотрела на часы.
Двадцать минут седьмого. Время еще есть, ничего страшного, если она дойдет до дома Кедровских и посмотрит.
– Игорь, вы не будете против, если мы на минуточку заглянем к Кедровским? – спросила она.
– Вы вольны идти куда угодно, Камилла Александровна, – удивился вопросу охранник.
– Просто у вас скоро смена заканчивается, но я успею.
– Вы не должны подстраивать свою жизнь под меня, – Игорь широко улыбнулся. – Сразу видно, что вы никогда не имели охраны. Да и вообще обслуживающего персонала.
– Игорь, ну какой же вы обслуживающий персонал, – Мила даже руками всплеснула от огорчения. – Не говорите так, мне становится неловко. Лучше покажите мне квартиру Кедровских.
– Кого? Я думал, вы к каким знакомым идете.
– Игорь, вы утром отводили домой пьяную женщину. На Сокольничью улицу. Вы же помните дом и квартиру? Мне туда надо.
– Помню, конечно. – Охранник ничуть не удивился тому, что его подопечной зачем-то нужно проведать спящую в кустах пьянчужку. Видимо, работа на бизнесмена Александра Соболева, в принципе, приучила не задавать лишних вопросов.
– Пойдемте.
Дверь открыла Оля Кедровская. Увидев свою учительницу английского, девочка так побледнела, что Мила на мгновение испугалась, что та упадет в обморок.
– Камилла Александровна, а вы зачем к нам? Вы узнали, да?
– Олька!
Из-за спины сестры появился насупленный Витя. Лицо у него было злым, губы сжаты в тонкую линию, желваки на щеках ходили ходуном. Мила даже испугалась немного.
