С этого момента уголовник стал для Харзы прямой угрозой.
Во-вторых, в городе шептались о том, как новая «англичанка» обнаружила в Кузнечной слободе клад с монетами. В слухах, которые ползли по городу, активно фигурировал и Кактус, благодаря которому все и случилось. Так Харза быстро поняла, кто была та женщина с собакой, у которой оказался чехол от ножа."
"Улика представляла большую опасность, чем сидящий за городом запуганный Хромцов. Поэтому во второй половине воскресенья решительная Харза ворвалась в дом к Миле, чтобы силой заставить ту вернуть чехол, но получила отпор храброго Кактуса, вцепившегося ей в ногу.
Раненой преступнице пришлось ретироваться.
– Я видела ее на следующий день, когда после работы заезжала в супермаркет. Она разговаривала с братом у магазина, а я смотрела на них через стекло. Я не знала, кто это, просто обратила внимание на то, что девушка очень красива, а еще на то, что она хромала. Просто тогда я не догадалась, что это из-за того, что Кактус прокусил ей ногу, – рассказывала Мила.
– А потом, когда была уже смена Николая, я слышала его телефонный разговор с человеком, к которому он обращался по имени Харза. То есть я тогда решила, что это какое-то восточное имя, про виды куниц я никогда даже слыхом не слыхивала.
Она рассказала, что, со слов директора школы, Николай Жуков был много лет влюблен в Харзу, а потому сделал бы все, о чем бы она его ни попросила. Конечно, Харза предпочла бы обойтись без сообщника, поэтому предприняла еще одну самостоятельную попытку поискать в доме, где жила женщина с собакой, важную для нее улику.
Она выдавила стекло и влезла в дом посреди бела дня, пока Мила была в школе.
Кактуса она усыпила предусмотрительно захваченным лекарством. Однако времени на тщательный обыск у нее особо не было, да и нервы все-таки оказались нежелезными, поэтому, не найдя чехла в наиболее вероятных местах, она покинула дом. Именно в этот момент ее и заметили Витя и Оля Кедровские, в свою очередь привлеченные к учительскому дому известием о найденном кладе.
Дети забрали найденные монетки и, разумеется, никому не сказали о визите злоумышленницы, потому что тем самым выдали бы себя. Оля, конечно, несколько раз порывалась признаться, но брат не давал ей этого сделать, и правда выплыла наружу лишь вчерашним вечером, когда девочка, узнав, что Мила отдает им свою часть клада, решила, что больше не может молчать.
