– На тебя нападают среди бела дня сразу после убийства, к тебе в дом влезают, явно ищут там что-то, а ты даже не считаешь нужным сообщить в полицию? Андрей Михайлович-то куда смотрит?
– Михаил Сергеевич, да не считала я это важным, – жалобно оправдывалась Мила.
– То есть, когда тебя таскают за волосы и бьют по лицу, это неважно?
– Не ловите меня на слове. Я просто неправильно выразилась. Конечно, лично мне вся эта история была крайне важна и неприятна, но до вчерашнего вечера я понятия не имела, что она имеет отношение к убийству.
Я не видела, что именно притащила из леса моя собака. Всю голову сломала, но так и не поняла, что именно у меня ищут с таким пристрастием. А как поняла, так сразу к вам и пришла. Более того, я точно знаю, кто совершил убийство.
Две пары глаз – Поташова и Гранатова – уставились на нее с изумлением.
– Что? – спросил Савелий. – Это ты когда успела что-то узнать? Я точно помню, что ночью у тебя таких озарений не случалось.
Мила смутилась, а следователь коротко крякнул.
– Вижу, личная жизнь в Малодвинске наладилась не только у Ксении Александровны, но и у тебя тоже. Рад за тебя, девочка. И все же вернемся к убийству. Ты действительно знаешь, кто ударил ножом Троекурова?
– Знаю, – со скромным торжеством сказала Мила. – И знаете, кто мне рассказал? Куница! А еще полынь!
– Что? – Следователь смотрел на нее, как на больную.
Она достала из сумочки пакет с чехлом, развернула и протянула следователю чехол с выгравированной на нем куницей.
– Я понимаю, что все это странно звучит, но сейчас я расскажу вам ход своих мыслей.
А вам останется только проверить мою версию.
– Ее версию! Вот ведь шмакодявка! – в голосе Поташова звучало восхищение. – Ну, давай, выкладывай.
Набрав побольше воздуха, Мила подробно рассказала ему все, что знала.
– Все это, конечно, очень интересно, – начал Поташов, когда она закончила свой рассказ. – Только хотел бы я знать, как именно буду это доказывать. Если я правильно тебя понял, то убийца очень умен и предусмотрителен.
Свидетелей он не оставляет, а те, кто ему помогал, будут стоять за него горой. Ты уверена, что про их отношения с Троекуровым никто не знал?"
"– Понятия не имею, – призналась Мила. – Но вы уже больше недели опрашиваете свидетелей, и раз эта фигура ни разу не всплыла в разговоре, значит, шансов на то, что кто-то в курсе, действительно немного. Только вот, – она достала из сумочки коробочку с купленными только что духами. – Я думаю, что это вам поможет.
