Оля была нежной, чувствительной, трепетной, смотрела всегда чуть испуганно, словно чувствовала себя в чем-то виноватой. Витя же напоминал ощетинившегося ежа или, что вернее, едва подросшего, но уже агрессивного щенка, готового вцепиться в твою ногу зубами. То ли от непреходящей ярости, то ли тоже от неуверенности и страха.
Впрочем, и у той, и у другой модели поведения имелось вполне понятное объяснение. Мила попыталась представить, каково это, жить вместе с вечно пьяной опустившейся матерью, и не смогла. В ее благополучной жизни не было и не могло быть такого опыта.
Вот Калина Троекурова наверняка этих детей понимала.
Мила вдруг почувствовала себя лишней, словно действительно лезла непрошеной туда, куда ее не звали. Но она же хотела как лучше. Прозвенел звонок, знаменующий начало следующего урока, и она поспешила в свой класс, решив, что из-за отношения к себе двойняшек Кедровских расстраиваться не стоит. На большой перемене, впрочем, она увидела ребят снова. Те в предбаннике столовой отчаянно ссорились.
– Давай признаемся, – с жаром говорила Оля. Личико ее было напряженным и скривившимся, словно девочка собиралась заплакать. – Мы не правы, Вить.
– Мы не признаемся, – решительно ответил ее брат. – Ты что, не понимаешь, что вся эта доброта для отвода глаз. Так не бывает. А значит, признаваться нельзя.
Оля хотела возразить, но тут Витя Кедровский заметил Милу и дернул сестру за руку.
– Молчи! Замолчи немедленно, дура!
Интересно, и о чем таком они говорили? Закончив работу, Мила вышла на крыльцо школы и зажмурилась от яркого солнца, бившего в глаза.
Таял, уходил навсегда снег, обнажая черную мокрую землю газонов и серый, уже подсохший асфальт. Пожалуй, еще чуть-чуть, и о зиме можно будет забыть. А весной все-все, пусть чуточку, но все-таки легче.
Постояв несколько минут, блаженно подставив лицо солнцу, Мила сбежала со ступенек и уселась на переднее сиденье машины ожидавшего ее Николая. Охранник, по традиции, был хмур, словно Мила и связанное с ней поручение ему категорически не нравились.
– Домой или в магазин? – спросил он.
– В гостиницу «Северное сияние», – ответила Мила неожиданно для самой себя.
Решение заехать к Олегу Васину было спонтанным, но теперь она сама удивлялась, что не подумала об этом раньше. Она была уверена, что бизнесмену многое известно, а потому собиралась разжиться информацией, способствующей пониманию, что происходит, а заодно попросить о помощи адвоката Антону Кедровскому.
