Мы оба получаем невероятное удовольствие от таких простых, незамысловатых движений.
Его руки ни на секунду не остаются без дела, он усердный любовник. Гладит, удерживает, стискивает соски пальцами… Затем обхватывает мои бедра и задает новый темп, который я изо всех сил пытаюсь выдержать. Но слишком быстро.
— Когда тебя в последний раз трахал мужчина? По-настоящему, — спрашивает он, глядя в мои глаза. Вернее, он вряд ли в темноте различает мои глаза, могу поспорить, не может определить даже их цвет, но старается.
Прищуривается, ожидая ответа.
— Обещаю, что если я когда-нибудь захочу, чтобы меня взял мужчина, это будешь ты. И никто другой.
Он быстро облизывает губы.
— Скоро, — говорит мне. — Тебе будет хорошо, Яблочки.
— Я в этом не сомневаюсь, но… ты позволишь мне решить этот момент самой? Пожалуйста, — я не командую, а прошу его, и он внимательно слушает. — Я знаю, мой Президент, мой сильный мужчина, что ты предпочитаешь быть у руля, — говорю как только могу нежно. — Но мне это нужно.
Ради меня… ты сделаешь это? Не откажешь мне?
— Да. Скажи только, как тебя зовут на самом деле? Мне кажется, я заслуживаю это знать.
Я обхватываю рукой его уже влажный от моего желания напряженный член, направляю в себя и резко опускаюсь вниз. Осадчий выпрямляется и прижимает меня к себе. Мы оба стонем, зажмуриваемся и двигаемся, в поисках идеального темпа, отчего возбуждаемся еще сильнее. А потом все происходит само собой, инстинктивно. Ритмично, страстно. Без вопросов и разрешений.
По накатанной. Кончая, я думаю о том, что он будет меня трахать и целовать одновременно. Это обязательно случится. В следующий раз я смогу расслабиться и отдаться ему.
Но… будет ли следующий раз?
— Тебе хорошо? — спрашиваю. Нашла момент, блин. Он сейчас мне что хочешь скажет и пообещает. В шаге от пика.
— Да, — вообще не задумываясь.
— Ты все для меня сделаешь?
— Хах. Если это в человеческих силах — разумеется, — на выдохе.
Просто попроси его. Сейчас. Попроси помочь в суде, играть вполсилы.
Думать вполсилы. Перехитрить своего доверителя, подставить его, потому что тот обижал меня много-много раз.
— Тогда оставь засос вот здесь, — показываю туда, где под ребрами стучит сердце, и он тут же втягивает в рот разгоряченную кожу, а я прикрываю глаза. Не получится, я не смогу этого сделать. Это его работа, его карьера, и я не стану требовать от него сделать выбор. Я полная дура, которая встает на его сторону в ущерб самой себе.