– Вы танцуете, госпожа Дерт? – небрежно спросил он, но в его словах мне послышался какой-то подвох.
Неужели несостоявшийся жених рассчитывает услышать, что, после расставания с ним, я подпираю стену бального зала в постыдном одиночестве?
– Разумеется, господин Стрейн, – улыбка получилась естественной и непринужденной. – Моя бальная книжка заполнена почти полностью.
– Неужели? И следующий танец…
– Следующий танец госпожа Дерт танцует со мной, – раздался из-за моей спины знакомый низкий голос, в котором ясно слышались насмешливые нотки.
Проклятый флибустьер! Он не оставил мне выбора! Но как же вовремя он появился…
– Миледи, – Кейн остановился прямо передо мной и склонился в безукоризненном поклоне.
Слишком безукоризненном, чтобы быть принятым мной всерьез, как и обращение «миледи».
– Лорд Кейн.
Моя рука оказалась в твердых тисках, и банкир повел меня к танцующим.
Первые аккорды музыки заставили меня беззвучно выругаться. Вальс. Небеса что, издеваются? Действительно вальс? Тот танец, при котором близкий контакт с партнером неизбежен?
Будь у меня выбор…
Я вскинула подбородок и посмотрела в ледяные глаза банкира.
Нет, выбора у меня не было. Если бы Кейн не появился так вовремя, Гордон вполне мог бы устроить некрасивую сцену. К этому все шло. И я даже примерно представляла, почему он это сделал. Та компания, на которую оглянулся Горди, состояла сплошь из молодых и богатых прожигателей жизни, предводительствовал которыми некто Оллес Финч, сын известного эшерского судовладельца.
Многие из этих мужчин в свое время пытались добиться моей благосклонности, но, разумеется, не преуспели. Помню, поговаривали даже о некрасивом споре, который они затеяли, чтобы получить «прекрасный трофей», то есть меня. Трофей… Мерзкое слово. Только ничего у них не вышло. Похоже, они и подбили Гордона на какую-то глупую выходку.
– Можно спросить, милорд? – оказавшись почти в объятиях Кейна, спросила я.
– Да?
Флибустьер вскинул бровь, отчего его лицо стало выглядеть еще надменнее.
– Почему вы так настойчивы в своем желании со мной потанцевать?"
"– Считайте, что это моя прихоть, – усмехнулся Кейн, прижимая меня к себе так плотно, что это было почти на грани приличия. Но именно что на грани, не переступая через нее, но и не позволяя мне чувствовать себя свободно.
Я всем телом ощущала его близость. И она меня тревожила, сбивала дыхание и заставляла вспомнить о том, как давно я не была с мужчиной.