Я смотрела, как он рассекает воздух мощными крыльями и летит над лесом, выискивая затаившихся там вампиров, и не могла налюбоваться. Все-таки сущность мужа удивительно красива. Боялась ли я за него? Немного. Но, скорее, по привычке. Джеймс полностью овладел силой рода, и теперь его не одолеть ни вампирам, ни магам.
Я посмотрела на город. Спрут все плотнее стягивал свои кольца, охватывая почти все пространство над крышами. Сердце болезненно сжалось. Там, в Уэстене, десятки беззащитных людей, которые в эту самую минуту теряют жизненные силы.
Там Лори. Там невинные дети.
– Оставайтесь здесь, – велела своим спутникам.
– Э нет, миледи, – покачал головой Торнтон. – Одну мы вас не отпустим.
– Кристофер, там умирают люди!
– Вот поэтому я иду с вами, – решительно сказал Торнтон. – Авиро, ахави ран.
Он отвязал веревку и отдал своих мулов проводнику.
– Все, миледи, я готов следовать за вами хоть в туман, хоть к черту на рога, – вытащив изо рта трубку, сказал он.
Я бросила взгляд на кружащего вдалеке феникса, перевела его на форт и, одним движением усилив защиту Авиро, поскакала к Уэстену.
– Милорд нам головы оторвет, – послышался позади флегматичный голос Кристофера, и вскоре каурый жеребец Торнтона поравнялся с моей гнедой.
– Не оторвет, – усмехнулась в ответ и пришпорила лошадь.
– Вы уже знаете, что будете делать? – не отставал Крис.
Я не ответила, сосредоточившись на темных клубах, все плотнее заволакивающих город.
По сравнению с прошлым разом вампиры стали гораздо сильнее. И нахальнее. Раньше они только ночью нападали, а теперь уже не боятся показываться в открытую, средь бела дня. Видимо, магия, отнятая у Джеймса, пошла им «впрок».
Я остановилась у ворот форта, подняла руки и обратилась к собственной магии. И в тот же миг внутри взорвалась смесь из страха, боли, ужаса, отчаяния и безнадежности. Я чувствовала эмоции тех, из кого утекала жизнь, тех, кто смирился, и тех, кто пытался бороться.
Я знала их имена, видела их лица, ощущала все, что творилось у них в душах, и раскрывала собственную, отдавая свои силы, подпитывая ими тех, кто был при последнем издыхании, поддерживая в них жизнь и одновременно произнося заклинание уничтожения, отсекающее присосавшиеся к их сердцам щупальца.
– Асаравито!
Дымный монстр дрогнул и замер.
– Перцентио!
Щупальца взвились вверх и беспорядочно замельтешили в воздухе.