Бедняга раскраснелся как помидор, глядя, как Рассел – организатор турнира, который вечером гарантированно приложится к бутылке, чтобы выкинуть из головы весь этот ужас, – вручает Сойеру чек на пятьдесят тысяч долларов.
Мои глаза готовы вылезти из орбит, возможно, позже мне понадобится оперативное вмешательство.
– Пятьдесят тысяч долларов?
– Ну, это всего лишь открытый турнир, – объясняет Дефне. – Знаю, это немного, но…
– Да это дофига денег! – я едва не давлюсь собственной слюной.
Кто же знал, что здесь такой большой приз? Это что, «Онлифанс»?
Не могу перестать следить за Сойером, пока он спускается со сцены.
Пресса мгновенно окружает его и заваливает вопросами, но он поднимает руку – и журналисты как по команде расступаются, будто и правда боятся этого нестабильного, непредсказуемого двадцатилетнего парня. А затем…
Затем к нему подбегает красивая девушка с длинными темными волосами, и он обнимает ее. Я смотрю, как она смеется, как он выдавливает из себя что-то наподобие улыбки, как закидывает руку ей на плечо и направляется к выходу.
Мне приходится отвести глаза, потому что… я бы не хотела встретиться с его взглядом, способным высосать душу.
Пока размышляю о том, как, должно быть, несчастна его подруга из-за непростого характера Сойера и слухов о сестрах Бодлер, ко мне подходит темноволосая молодая девушка с бейджиком Би-би-си. Я открываю рот, чтобы произнести: «Нет, пожалуйста, не заставляйте меня это делать, не заставляйте меня давать интервью», – но она заговаривает первой:
– Мэллори? Меня зовут Элени Гатаки.
Приятно познакомиться.
– Я сейчас немного…
Она замечает, что мой взгляд застыл на ее бейджике.
– Я здесь не для… Просто стажерка.
– О, – расслабляюсь я.
– Ну, пока что. Надеюсь, однажды я стану репортером и буду делать материалы о шахматах для Би-би-си. В любом случае я просто хотела сказать, что ваша игра была великолепна. Я уже ваша фанатка! Между нами, настоящий корреспондент Би-би-си – скучный, старомодный мужик, который пишет только про одних и тех же трех чуваков.
Но я собираюсь предложить начальству свою первую статью, и она будет о тебе. Ну, не совсем о тебе, а о твоем стиле игры. Ты так круто играешь, настоящее удовольствие!
Я сбита с толку ее энтузиазмом. Без понятия, как ей лучше ответить, поэтому испытываю благодарность, когда Рассел прерывает нас и спрашивает, не могу ли я подойти к нему.
– Мне жаль, что так случилось. – Он протягивает конверт. – Вот приз за выход в полуфинал.
Я вскрываю его, ожидая… Не знаю.
