Услышав мой надрывный голос, Яр все же перевел на меня мертвый пугающий взгляд. Я всхлипнула и вновь зажала рот рукой, чтобы не завопить. Он закрыл глаза, и отпустил свою жертву. Мужик со шрамом просто рухнул на сцену, не подавая признаков жизни. А Яр сплюнул кровь, утер тыльной стороной ладони разбитые губы и спустился вниз. Он прошел мимо охраны, которая кинулась откачивать окровавленное тело. Спокойно миновал Ваху и лысого мужика, который шарахнулся от него в сторону. Дошел до меня, протянул мне руку с потеками крови и рывком притянул к себе.
А я всматривалась в его лицо, и мне все труднее удавалось сдерживать слезы.
Ярослав был бледным. Очень бледным. Он тяжело дышал, а его сердце стучало настолько громко, что я чувствовала его биение.
— Ну что же. Я знал, что ты меня не подведешь. Даю тебе неделю на восстановление. А потом мы обсудим с тобой то дело, о котором говорили сегодня, будничным тоном произносит Ваха. — На входе тебя ждет машина. Мой водитель отвезет вас домой, — я выдохнула с облегчением, уткнулась Ярославу в шею, чувствуя, как бешено пульсирует его сонная артерия.
— Сами доедем, — хрипло выдал он, немного отстранил меня, осмотрел всю с ног до головы, будто убеждаясь, что со мной все в порядке. Потом обвил мою талию и быстро повел к выходу из этого чертового здания.
Всю дорогу домой я смотрела на Ярослава и с трудом сдерживала слезы. Мне казалось, я не имела права расплакаться тогда, когда ему вдвойне хуже.
Он вел машину, смотрел на дорогу, сжимая челюсть, и стискивал руль подрагивающими руками. Ярослав превышал скорость, маневрируя среди потока попутных машин, и не говорил ни слова. А я посмотрела на его окровавленную руку, на запекшуюся на губах кровь, протянула к нему руку и тут же отдернула ее, потому что он отшатнулся от меня.
— Не надо, не трогай меня, — его холодный отрешенный тон пугает. В машине повисает давящее напряжение. Словно мы отдались друг от друга на тысячу километров.
Когда мы выехали на свободную ночную трассу, Ярослав закурил и прибавил скорость. Страх и шок начали отпускать и меня начало бесконтрольно трясти. Всю дорогу я обнимала себя руками и пыталась не обращать внимания на раненого Ярослава. Он резко затормозил на стоянке, отпустил руль, откинулся на спинку сидения и потер руками лицо.
— Ярослав…, — я не успела договорить. Он вышел из машины, даже не посмотрев в мою сторону.
