Меня просто куда-то везли. Я дергала заблокированную дверь в глупой надежде, что она откроется. Я пыталась смотреть по сторонам, запомнить дорогу и понять, куда меня везут. Мне не было страшно. Я испытывала ужас, который сковывал все тело, не позволяя нормально дышать. Я ничего не понимала, и мне оставалось только молиться Богу.
Машина остановилась возле небольшого, малопримечательного здания. Когда один из мужчин выволок меня на улицу, мне в глаза бросилась машина Ярослава. Я дернулась в ее сторону, но меня толкнули вперед и поволокли к входной двери.
От страха и паники начала кружиться голова. Успокаивала только мысль о том, что Ярослав где-то рядом. Мы прошли по темному коридору и оказались в большом просторном зале. Из-за полумрака я не могла определить, где нахожусь. Помещение было похоже на своеобразный клуб. Посередине зала возвышалась огромная сцена, которая была пустой, но хорошо освещенной ярким прожектором. Вокруг сцены стояли низкие круглые столики и располагались черные кожаные кресла.
В помещении никого не было и стояла абсолютная, пугающая тишина. Меня втолкнули в огромное кресло рядом со сценой, и надавили на плечи, чтобы я не смогла встать.
— А вот и она, — я вздрогнула от громкого низкого голоса приближающегося ко мне немолодого мужчины с сединой в волосах и аккуратной бородой. На нем был черный костюм с распахнутым пиджаком. Он курил сигарету и небрежно скидывал пепел прямо на пол. Он приблизился ко мне, сверкнул черным взглядом в сторону парня, который сжимал мое плечо, и он тут же отступил от меня, теряясь где-то позади.
— Добрый вечер, Злата. Я надеюсь, мои ребята не причинили Вам вреда? — так заботливо и даже обеспокоено спрашивает он. Несмотря на его довольно доброжелательный тон, он смотрит на меня черным пронзительным взглядом, который вызывает еще больший страх. От мужчины исходит аура власти, от которой идет мороз по коже, и я не могу вымолвить ни слова.
— Вижу, Вы все же напугались. Извините нас.
Я не хотел Вас напугать, Злата. Никто не собирается причинить Вам зла, — обращается он ко мне, и сам наливает себе коньяк из бутылки, стоящей на столике. А я сжимаю подлокотники кресла, не понимая, чего хочет от меня этот мужчина.
— Принесите девочке чай с мятой и медом, — обращается он в никуда, но уже через несколько минут молодая девушка в строгом черном платье приносит мне большую чашку ароматного, горячего чая, который я не собираюсь пить.
