Разве что на арене наставники что-то придумают. Но ведь это же совсем не то! Магические турниры всегда проходили в полевых условиях.
– Один из этапов турнира пройдет в Кар-Шане.
Хмурое выражение лица преподавателя намекало, что это не шутка.
– Но это же закрытый мир!
– Император Тадиус Второй счел, что настало время приоткрыть дверь своего заповедника."
"– Да он просто издевается! Впустить фамильяров в мир, где их сородичи до сих пор пребывают в диком состоянии. На них охотятся, держат как домашних животных!
– Участники турнира будут в неприкосновенности.
Император как лорд-хранитель гарантирует, что ни один маг Кар-Шана не посмеет вам навредить. Эти условия будут прописаны в магическом договоре, который подпишет и император, и все участники испытаний.
Тадиус Второй гарантирует! Да как может служить гарантом тот, кто сам, мягко говоря, нездоров?
Турнир в Кар-Шане. Новость, конечно, не самая приятная, но с чего панику поднимать?
Из-за Рендела.
– И как отреагировал на новые правила проведения турнира лорд Рендел?
– Был не в восторге и собирался наложить вето.
Наш ректор считает, что Кар-Шан не может служить полигоном для магических испытаний, поскольку плохо изучен.
Да, все это действительно так. Мы знали о Верхнем мире Кар-Шана слишком мало, а ведь был еще и Нижний, при воспоминании о котором меня до сих пор бросало в дрожь и…
– Рендел собирался наложить вето, но что… Что с ним? – недавно выпитый морс просился наружу, меня замутило от тревоги.
Вдох-выдох! Я же боевой фамильяр! Но сейчас встречи со стаей голодных упырей я страшилась меньше, чем ответа Снежного.
– Члены великой семьи Леор обвинили лорда Рендела Аратейра в пособничестве Зверю. Менталисты настаивали на полной проверке и последующем задержании Рендела на Арриотэ. Он воспользовался правом на возвращение в Кар-Шан.
– Но это означает…
– Наш Рендел принял предложение императора. Теперь он официальный наследник и первый претендент на престол мира, который погрузится в вечный мрак, если не обзаведется достаточно сильным Хранителем.
От слов Альфреда Снежного паника улеглась, страх мешал думать, вот я и затолкала его поглубже. Бояться и истерить буду потом, в темноте и под одеялом, когда никто не видит. А сейчас за моей реакцией внимательно следил заместитель ректора и новый руководитель Академии Фамильяров, который явно в курсе моих отношений с лордом Ренделом, иначе не послал бы за мной Венью Дормидонтовну.
