Там еще продавщица была такая вежливая… твоя тезка… а у тебя в тот день глаза болели, и ты по дороге купила глазные капли…
Значит, ты должна пойти в то место, там внизу есть постомат…
– Что-о?"
"– Постомат, и номер ячейки – двузначное число, – тараторила я, – первая цифра означает, сколько раз ты замуж выходила, а вторая – сколько роз тебе Витька Вороньков подарил в пятом классе. А код, чтобы открыть ячейку, – это день рождения Оскара… шесть цифр…
Я сама не понимала, что несу, трещала как сорока в надежде, что эти трое тоже ничего не поймут.
Собственно, опасаться можно было только шефа Леонида да еще эту бабу краснорожую, Нинку. Ее напарник явно был небольшого ума и пригоден только к физической работе.
– Васенька, сделай все, что я тебя прошу! – Я заговорила умоляющим голосом. – И как можно быстрее, прямо сейчас туда езжай! Потому что если ты не поторопишься, то мне…
Тут Леонид вырвал у меня из рук мобильник.
– Говорил же, чтобы молчала! – Он замахнулся на меня, но бить не стал.
Собственно, я и рассчитывала, что он сам прервет мой разговор с сестрой, потому что если честно, то понятия не имела, как я смогу повторить всю ту чушь, что наболтала сестре.
Главное – это чтобы она поняла то, что я хотела сказать ей на самом деле.
– И что мне мешает вот сейчас выпытать у тебя все координаты? – прищурился Леонид.
– А что ты можешь со мной сделать? – усмехнулась я. – Отправить в печку? Тогда ничего не узнаешь, сам говорил – оттуда не возвращаются.
– Шеф, – вылезла тут эта самая Нина, – позвольте я ее обработаю.
Она все скажет, только времени немного мне дайте.
Тут я малость струхнула, потому что глаза у нее были такие… эта запросто запытает до смерти. И почему-то мне стало ясно, что нож в Арсения всадила она, а не ее напарник.
Но Леонид не согласился на ее предложение, видно, представил, что она устроит в его кабинете. А я ведь еще и орать стану…
– Езжайте быстро к сестре, – приказал он, – телефон ее отследили?
– Так точно! Она в квартире у старухи…
Ага, значит, Василиса у бабы Шуры.
Это вселяет надежду…
Тысячу лет Португалия и Алгарве были одним государством, под португальской короной.
Однако, когда прошло пятьсот лет от того дня, когда два короля заключили союз, в палату португальского короля дона Мануэла вошел Великий Инквизитор Португалии дон Игнасио.
Бледный, сутулый, с узкими губами, он выглядел как человек, которого мучает постоянная боль.
Он остановился на пороге и ждал, пока король его заметит.
