А Эрн сказал, что будет только родня, что клан совсем маленький… Вот врун!
Было так непривычно шлепать босиком по полу, ощущая, как шелковистая ткань струится по моим ногам… Я не зажатая или стеснительная скромница, но все равно остро ощутила не меньше сотни пар любопытных глаз на полуобнаженных плечах, на ласково обнимающем меня черном одеянии, которое не скрывало, а наоборот, подчеркивало особенности и достоинства фигуры.
Я нервно сглотнула, смачивая пересохшее горло, и привычно вежливо поздоровалась:
– Мира вашему дому!
Мы с Эрном в полной тишине прошли к свободному ковру рядом с таким же, занятым семьей Великого.
Муж усадил меня на удобный пуф, который принял меня в свои объятия как любимую и родную, и сел рядом на пятки, по-самурайски, как и большинство присутствующих мужчин. Я не успела и глазом моргнуть, как прислуга принесла напитки и фрукты. Причем те, что мне понравились. Сервис!
Муж важно кивнул, что послужило для всех сигналом, и представил меня, как свою истаю, хагану, чем вызвал радостное волнение в кругу родни.
Затем поднял наши руки с «ожившими» брачными браслетами, после чего самые солидные горгулы – старым здесь в принципе никто не выглядел, – прикладываясь к стаканам с алкогольным душком, загомонили о том, что пусть теперь враги захлебнутся завистью. И желательно – приправленной кровью.
Через полчаса все словно по команде замолчали, и мне начали представлять членов клана. Конечно, особенно меня интересовали две семьи.
Слева от нас, на самом большом ковре, полулежала истая Великого – Юдая. Очень беременная, красивая жгучая брюнетка в традиционном черном кимоно и со слегка подкрашенным лицом. Она походила на киношную сексивампиршу. Рядом с Первой леди, заметно о ней волнуясь и заботясь, находились трое мужей: Анарек, Шер (по-моему, единственный здесь реально красивый мужчина, причем менее «габаритный») и Двар. Ну, этот золотистый шатен – кряжистый гигант почище Великого.
Да и лицом, мягко говоря, не блещет.
Справа по соседству расположилась другая семья – мать и отцы Эрна. Танира – изящная, тонкокостная, светлокожая горгула – платиновая блондинка в черном кимоно с грустными серыми глазами. В груди неприятно кольнуло: свекровь недовольна выбором сына? А вот трое ее мужей – словно из гранита вырубленных гигантов – хоть и выглядели бесстрастными, но тепло и одобрительно улыбнулись мне глазами.
