Просто испугалась…
— Кира, руки-ноги целы? Голову не ударила?
— Отделалась испугом и парой царапин, — на самом деле голову я немного стукнула, когда нас закрутило, но это мелочи. Подумаешь, шишка.
— Посиди в машине, я посмотрю, что с пострадавшими, — открыв нажатием кнопки багажник. Вокруг машины сигналят, останавливаются рядом. Артем пропадает из виду.
«Саня!» — страх за друга заставляет действовать. Покинув салон автомобиля, спешу на поиски Сани. Я вижу искореженный кузов, но это не машина друга. Сокол уже там, вместе с какими-то мужчинами пытается добраться до пострадавших.
Возле перевернутой Газели тоже люди. Еще несколько столкновений, но вроде там все живы. Я ищу взглядом друга. Вижу. Спешит ко мне. Испуганный, растерянный.
— Не пострадала? — прижимает к себе. Слышу, как бешено колотится его сердце. — Я все видел. Чуть умом не тронулся, когда он на вас вылетел. Это просто невероятно, что вы живы остались. Чудо.
«И это чудо зовут Артем», — подумала я, мысленно еще раз поблагодарив его за спасение.
Мой взгляд среди мужчин тут же выцепил Сокола. Лидер от кончика волос до кончиков пальцев. И ведь слушаются незнакомые мужики. Четкие указания, слаженные действия. Скорая и спасатели еще не подъехали, пострадавшим уже оказывается помощь. Всех вытащили из искореженной машины.
«Водитель мертв…» — раздавалось в толпе.
— Не смотри, — приказал Саня, отворачивая меня спиной. Заметил, что меня стало трясти. — Идем."
"Друг отвел меня к машине Сокола, усадил на переднее сиденье. Стал растирать руки, которые леденели несмотря на то, что на улице было тепло.
Лучше не становилось, перед глазами стояла страшная картина.
Подъехало несколько карет скорой помощи. Санька вскочил на ноги.
— Кира, пожалуйста, не вздумай потерять сознание. Я сейчас вернусь, — на ходу что-то еще прокричав, друг убежал.
Я сидела и пялилась на придорожную канаву. Мне совсем не хотелось двигаться, куда-то идти.
— Выпей! — Саня сунул мне под нос пластиковый стаканчик с какой-то вонючей жидкостью. — Пей!
— Не хочу, — мотнула головой.
К горлу подступила тошнота.
— Тебя всю трясет, Кира! Руки ледяные, лицо белее снега, — кричал друг, тыча в меня стаканом.
— Что у вас тут? — вернулся Сокол. На его одежде были следы крови. Я знаю, что не его, но от этого не легче. Спрятала ладошки между бедрами, чтобы не заметил, как меня колбасит.
— Она сейчас сознание потеряет, — выдал меня друг.
Сокол тут же оказался возле раскрытой двери. Присел на корточки и заглянул в глаза.
