– Нечего тут кашлять! – рявкнула Анна. – Мы теперь в одной упряжке, пошли в спальню, объясню все как есть.
Пришлось Фене отправляться вместе с хозяйкой и узнавать новые, совершенно шокирующие сведения.
По словам Анны, сымитировать налет на машину инкассаторов решил Петр. Муж давно мечтал о даче, рыбалке, походах в лес и зелени со своего огорода. Семья Волковых жила экономно – имея троих детей, не пожируешь, но все равно кубышка, куда складывали рубли на дачу, постепенно пополнялась. Но потом страну затрясло в лихорадке экономических перемен, и сделанные с огромным трудом накопления превратились в пыль.
Вот тогда Петр впервые подумал об ограблении. Честного инкассатора просто сломало, когда он понял, что теперь перевозит бабки братков, нечестных коммерсантов, спекулянтов, фарцовщиков.
– Вот кто нынче хозяева жизни, – горько говорил Волков жене, – а мы, честные трудящиеся, идиоты, нам в нищете помирать.
Анна поддакивала мужу. Но план захвата денег родился у пары не сразу. Сначала супруги просто злились на окружающую действительность, затем жаловались друг другу на нищету, и лишь потом кто-то из них произнес фразу:
– Надо действовать.
Обстоятельства складывались в пользу грабителей. В бригаде инкассаторов не хватало сотрудников, опытные специалисты начали увольняться, никому не хотелось улечься в пластиковый мешок, а разбойные нападения теперь участились. Раньше машину с деньгами сопровождало несколько человек, включая водителя, которому запрещалось вылезать из-за руля даже во время стоянки с пустым сейфом, но после массового увольнения работников часто баранку крутил сам инкассатор, и имел он лишь одного напарника.
Поломав голову, Петр решил привлечь к делу Федора.
– Ты прикинься, что мечтаешь уйти от меня к нему, – велел Волков жене.
– Не хочу, – испугалась она.
– Спать с Федькой не придется, – заверил супруг. – Кулькин разочаровался в Алевтине – она тухлая селедка, огня в ней нет. К ребенку у Федьки тоже особой любви не загорелось, ради семьи мужик рисковать не захочет.
Так что деньги ему сейчас вроде как и не нужны. А вот если любовь появится… Сообразила?
– Да, – кивнула Анна, – чего ж тут непонятного.
– Федор нам поможет, – потер руки Волков, – мы с ним по-честному поделимся, капитал спрячем на некоторое время, потом я уволюсь, и заживем счастливо.
Петр Михайлович был так убедителен, что Анна согласилась и стала строить глазки Федору. К Новому году дело встало на хорошо смазанные рельсы. План был таков.
